Ближе всего будет смесь сталинских высоток, германской готики, французской куртуазности и английской чопорности, но…
Смесь, откровенно говоря, хреновую.
Не смотря на большие пространства – в банке душевно тесно, несмотря на золото украшений – серо и мрачно, не смотря строгий стиль – убого…
- Этих документов недостаточно! – Клерк растянул губы в подобии улыбки и сделал прощальный кивок головой.
Что же, Пати предупреждала, что будет непросто, так что…
Оглянувшись на сопровождающих меня аграфов, покачал головой и сделал шаг в сторону, освобождая место для своего длинноухого стряпчего, дорогого, уверенного и умилительно пухлого!
- Согласно банковского договора, отказ пропустить клиента банка в депозитарий может означать только одно… - Стряпчий протянул клерку две бумажки и тот, взглянув на их содержимое, мгновенно растворился, метнувшись к сидящему невдалеке пожилому делусцу, в смешных, явно бездиоптрийных, очках.
- Даже угроза от аграфов не… - Мужчина перевел взгляд с аграфа на меня и захлопнул рот. – У Вас есть ДРУГИЕ документы, удостоверяющие Вашу личность?
Пришлось искать документы, что перекинула мне Пати, те самые, с придурошным факелом, сбрасывать на гостеприимно открытую нейросеть и снова ждать, потому что в этот раз свалил не только клерк, но и очкарик, оставив меня с аграфами в почти пустом зале.
- Вам надо пройти генетическую экспертизу! – Очкарик выставил вперед аппаратик забора крови, но, едва я потянулся, как мой стряпчий пребольно шлепнул меня по руке, намекая, что нечего тянуть ее туда, куда не просят проверенные люди!
- А я обращаюсь к искину «Банка Делус», требуя зафиксировать нарушение прав клиента, противозаконную попытку получить данные генетической экспертизы, препятствие к доступу… - Кешаваэль приосанился. – Согласно Договора между Делусом и Аграф, данные действия…
- Доступ к ячейке депозита разрешен! – Искин не знает и не ведает желаний человеческих, так что… Скорее всего, уже после нашего ухода этот искин поменяют на более свежий, лояльный и подконтрольный, а пока…
Нам просто повезло.
Спихнув нас на клерка, делусец в очках бросил на меня быстрый и полный злобы взгляд, совершенно не опасаясь, что я пожалуюсь или обижусь.
- Ничего не делай! – Толкнул меня стряпчий. – Они только это и ждут, к чему придраться и вызвать охрану!
Вздохнув, последовал за клерком через весь зал, до лестницы вниз, на десять ступеней, после чего по длинному коридору украшенному деревянными, едва уловимо пахнущими, панелями с фресками в виде стопок монет, весов, очередей к весам и понурой толпы, удаляющейся от весов.
- Пожалуйста, не делайте резких движений! – Клерк замер у решетчатой сдвоенной дверцы лифта. – Дальше можно только владельцу депозита!
- С каких пор? – Искренне удивился Кешаваэль. – Разве устав Банка не настаивает на безопасности клиента?!
- Устав банка… - Клерк приготовился к нешуточному бою за право банка облапошивать клиентов, но…
- Кешаваэль, все нормально. – Я вошел в распахнувшиеся с приходом лифта двери. – У банка свои секреты…
- Но некоторые банки потом становятся… Не заслуживающими доверия у серьезных представителей империи Аграф! – Стряпчий понятливо улыбнулся. – Мы подождем вас тут.
Вошедший за мной клерк закрыл двери, нажал на одну-единственную кнопку и замер живой преградой между мной и дверьми.
Ради интереса заглянул в его нейросеть и…
О, да меня сопровождал конченный нарик!
Восемнадцать раз за два с половиной месяца лежал в капсуле с «передозом», причем, если вначале было что-то унылко-дешевое, типа «вьетлинии», то последние были уже на дорогой «пурпурной пыли», а это не на деньги клерка, пусть даже и клерка солидного банка!
Разумеется, помогать я ему не буду – хочет человек разумный сторчаться, его право, но вот закладку, прописанную в нейросети, я уберу.
А там, если организм сильный и голова нормальная, то о наркоте забудет, как о страшном сне.
Снова легкий щелчок, открывшиеся двери, рядом с которыми оказался припаркован корабельный «самокат», правда, с украшениями, сидениями, «рюшечками и кружавчиками», но база – однозначно от корабельного «самоката»!
Обойдя «самокат», клерк прошел чуть дальше по коридору, открыл одну из дверей и замер на пороге, предлагая мне войти.
- Помните! Открывать можно только свои ячейки! Сканировать, оставлять следящее оборудование – строжайше запрещено! В комнате депозитария можно находится неограниченное время, по просьбе клиента банк может предложить напитки…
- Тогда, бокал «синего Милона», пожалуйста. – Я прошел мимо мужчины, всем своим нутром ожидая подвоха.
Войдя в зал с ящиками депозитов, присвистнул – стен тут оказалось слегка больше четырех. Намного больше четырех!
Была у меня в детстве игрушка-змейка, из которой можно было много чего сваять, начиная от собачки, и заканчивая шаром, так вот, эта комната, готов поклясться, и есть тот самый «Шар» из змейки-рубика!
Повертев головой, отправил запрос на нейроузел, он умный, вот пусть и ищет, где там моя ячейка!
Ячеек оказалось три!
