Отведя свой крейсер от Станции, тихонько шмыгнул в тень планеты, прикидывая, успею забрать своих упрямиц или придется давать команду и их телохранительницы заботливо упакуют хозяек моего сердца и оотвлокут в безопасное место?
Забрать не получалось.
Пришлось натравливать телохранительниц и рыком сверху рычать, чтобы ни Ведьма, ни Мия даже не думали сопротивляться – планету я еще подберу, их миллионы в галактике, а где я возьму любимых женщин?!
Выслушав, что любимые женщины с планеты думают о моих частнособственнических зубах, мягко намекнул обеим, что, во-первых, они клялись быть рядом, а во-вторых, что я собственник, самодур и вообще!
- Минута! – Диспетчер выдохнул. – Да примут нас Звезды, да дадут нам звездного блеска, чтобы души наши…
Хряп-с-с-с-с!
Если я правильно понял, кто-то отвесил Диспетчеру звонкую плюху.
И правильно сделал – хочешь молиться – молись про себя, у других куча дел!
Просверкнула одна фиолетовая звездочка, вторая, потом они посыпались дружным ворохом и…
- Не стрелять! – Рыкнул Симонов, но, кто-то все-таки успел влупить выходящему линкору прямо в морду, слава звездам, что обычной плазмой, а не чем потяжелее!
Линкор, еще один и еще один, россыпь крейсеров и вот в систему, через иголочное ушко пробитого канала пролезает он…
Точнее – ОН!
Еще точнее –
Колонизационный транспорт…
24 километра длины, 9 ширины и 8 высоты.
Кирпич цвета «черная ночь», с торчащими во все стороны башнями обороны, многометровыми эмиттерами защитного поля и «москитами», сиротливо прижавшимися к каменным бокам с глубокими и рваными краями.
- «Кольжегул»! – В эфире вдруг стало непереносимо громко и пафосно. – «Кольжегул»!
Пользуясь «погружением», глянул, что это за «Кольжегул».
Ну, впечатляет, доложу я вам!
Мало того, что этому кораблю более восьми сотен лет, так он еще и успел заселить не одну систему, а две!
За что Аратанцы его все это время и держали хоть и в глубоком запасе, но рабочим, в качестве музея памяти.
И вот, гляди ж как ты – понадобился космический бродяга!
Народ в Системе облегченно выдохнул, но…
Да, колонизационный корабль, это много, это «охрененно много», но это не «здоровенно»!
Да и на данный момент, из полусотни точек выхода, корабли появились лишь из пятнадцати, и указатель напряженности Геллер-полей все еще высок.
- Приготовится! Выход через… - Диспетчер сглотнул. – Прямо сейчас!
Выстрелить в этот раз никто не успел – передатчики сразу приняли «свой-чужой» от минмаатарских ВКС, заблокировав выстрелы.
Выпавший пяток линкоров и горох из легких и средних крейсеров эскортировал длиннющую колбасу из четырех, строенных транспортов типа «Гигант» и контейнеровозов-миллионников, по десятку километров длиной.
После транспортов вышел еще один линкор и «авианосец», ухряпанный пятнами пробитий и подпалинами.
Никогда не любил носители.
Ну, в чем их смысл?! Донести три тысячи дронов и сдохнуть, не успев их скинуть?! Бред-корабли, чесслово!
- Вы будете смеяться, но… Выход! – Диспетчер подсветил еще координаты, в которые полезла совсем уже мелкая шелупонь, но мне хорошо знакомая.
Делусские рейдеры и крейсера!
И следом, показалось мне, что сама ткань реальности лопнула и вдоль, поперек, когда из прыжка показался нос чего-то офигенно громадного.
Реально – «офигенно громадного»!
Сама система застонала, принимая в свое лоно такое подношение.
- «Хверца Алекинциз»… - Я поискал в сети, что это за хреновина такая, но…
Братцы-арии точно не распространялись о том, что у них было в запасе.
А в запасе у них была бандура в 63 километра длиной!
Я себе представить боюсь, сколько же она топлива-то жрет!
Три флота замерли, пережидая содрогания пространства, на которое светило ответило сотней протуберанцев-языков, жадно тянущихся к вновь прибывшим, но…
Недотягивающимися и расстроенно падающими назад.
- Кай… А ведь я тебе говорила! Я предупреждала! – Мита вздохнула. – Зря ты женщин не слушаешь!
- Хотелось мне сказать, кто тут кого не слушает, но ведь меня никто не слушает…
Выбравшись из кресла, набрал себе кофейку и пристроился в уголке, на полу, оценивая ситуацию с закрытыми глазами и спиной ощущая слабую-слабую дрожь переходящих на экономичный режим, генераторов.
- Кай… Тебе плохо? – Заботливая Косичка свое место покидать не спешила. – Позвать Красивую?
Я поставил чашку на пол и тяжело вздохнул.
- Всем сидеть на жопе ровно. – Я вздохнул. – «Боевую» не отменять! Смены по два часа.
Думаю, сейчас мой экипаж начинает считать своего капитана конченым идиотом, но…
Три флота с неподъемными махинами транспортов, одновременно оказавшиеся в одной точке – это математически маловероятно!
А если случилось что-то маловероятное, то будьте готовы к тому, что случится невозможное!
Нейроузел отрабатывал варианты и вероятности, а я тихонько радовался, что не успел улететь.
- Кай! Нас Симонов вызывает. – На пороге рубки появилась Мита, взглядом поискала меня среди тишины и чистоты, нашла сидящим у стены и попивающим кофеек. – То есть, вызывает он меня, но я без тебя туда не попрусь!
На всякий случай написал Симонову, что буду вместе с Митой, а то…
