Все происходило слишком быстро, даже для мыслей, но их как раз и не было. Была лишь мерзкая пустота, трескучие раскаты автоматического огня, подрубленное, тело, безвольно прокатившееся по земле, рывок ствола из-за спины и очередь навскидку, сквозь узкую щель заросшей мхом бойницы, дрожь импульсной винтовки, шепчущий шелест интегрального затвора, и все — словно выбили донышко у памяти…
Резкий инстинктивный рывок в простенок спас ее. Пули выкрошили гнилое дерево по краям бойницы, в воздухе сладко запахло порванным в клочья мхом, частички которого кружили в воздухе, медленно оседая на пол.
Лиза рванулась в сторону, ударом ноги выбила ставень, огрызнулась в открывшийся проем экономной очередью и тут же вжалась в стену, инстинктивно ожидая неизбежной реакции…
Она знала, теперь все внимание инсектов переключится на нее. Кем бы ни были эти люди… вернее, один оставшийся в живых человек, но она дала ему шанс уйти. Может быть, с ее стороны это являлось глупым геройством, спонтанным порывом, безумием, наконец, но она не могла поступить иначе…
Лиза в эти роковые секунды делала выбор не разумом, а сердцем, и, по сути, выбор касался ее собственной души, осознания того, кем она была и кем осталась — запрограммированной машиной, нелюдью, или…
В двери сруба несколько раз ударило что-то мягкое, потом наступила тишина. Бесноватый автоматический огонь снаружи стих.
Лиза знала, что произойдет в следующий миг. Рывком перевернув массивный стол, так чтобы опрокинутая столешница оказалась напротив дверей, она резко присела под защитой пятисантиметровых досок, широко открыв рот и зажмурив глаза.
Двери вышибло взрывом, который гаркнул, смешав свой рык со стонущим треском разлетающегося в щепу дерева, взвизгнули, рикошетя, осколки, и тут же в проем метнулись тени.
Их встретил тугой плевок прицельной очереди. Двоих инсектов выбило назад, на крыльцо, третий, секунду постояв в дымящемся проеме, со стуком упал вовнутрь сторожки.
Лиза перекатилась по полу, краем глаза заметив, как пули, пущенные в проем, пробивают толстую столешницу, выворачивая щепу на выходе и впиваясь в посеченную осколками дощатую стену межкомнатной перегородки.
В бласт-подсумке, снятом с тела Паши Соломина, было две гранаты.
Лиза вырвала предохранитель и метнула одну из них сквозь дымящийся дверной проем.
Снаружи ударил басовитый раскат, глухо застучали по ветхой крыше комья земли, один из осколков вернулся назад, с хрустом проломив изрешеченный пулями стол.
Лиза выкатилась в проем, дала с колена длинную веерную очередь по пространству поляны, успев при этом заметить, как корчатся в десятке метров от крыльца несколько порванных взрывом насекомоподобных фигур, и опять отпрянула назад, под защиту бревенчатых стен.
Машинальный удар по клавише, расположенной рядом с пистолетной рукояткой оружия, и пустая обойма полетела на пол, звонко клацнув об него тусклой серебряной рыбкой, индикатор зарядов на секунду погас, а затем вспыхнул вновь, преданно подтверждая смену боекомплекта.
Лиза прислушалась.
Вокруг опять стояла звонкая, ненатуральная тишина, будто не было минуту назад остервенелой стрельбы, взрывов, будто все поглотил молчаливый, суровый и таинственный лес…
Она, не доверяя обманчивой тишине, осторожно выглянула сквозь узкую бойницу.
Скоротечный бой действительно, был окончен. Вокруг бревенчатого строения валялись пробитые пулями и посеченные осколками тела инсектов, некоторые из них еще дергались в конвульсиях, загребая измаранную кровью траву суставчатыми конечностями, вдалеке по-прежнему урчала, плюясь белесым паром, невидимая отсюда техника, а по помятой, прибитой выстрелами траве, среди трупов, медленно, пошатываясь, брел человек, несущий на руках безвольно обвисшее тело.
Лиза взглянула на него и обмерла.
Это был Лайт… Он шел, неотрывно глядя на нее, а на его руках безвольно повис Сэм!..
В первый миг Лиза испытала такой шок, что не смогла говорить. Она стояла, оцепенев, уронив руки, беспомощно моргая, не в силах осмыслить свершившееся.
Лайт, пошатываясь, добрел до изуродованного двумя взрывами крыльца и грузно осел на вздыбленные доски. Окровавленная голова Сэма при этом беспомощно дернулась. Упав на колени, Лиза подхватила голову Крайнева, ее губы дрожали, пальцы тут же испачкались в его крови, которая продолжала стекать по виску и щеке. Крови было так много, что Лиза не могла разглядеть — проломлен ли череп, насколько тяжело ранение и какая нужна помощь?!
У Лизы не было под рукой воды. Она умоляюще посмотрела на Лайта.
— Там! — Ее рука, испачканная в крови Сэма, взметнулась в выразительном жесте. — Лайт, умоляю… Там ручей… Воды!.. — Она, с трудом сдерживая рвущиеся к горлу рыдания, сорвала с креплений болтающуюся на груди половинку своего гермошлема и протянула его Лайту. — Быстрее, прошу тебя!..
Он не стал спорить, хотя Лиза была более чем уверена — у бывшего телохранителя нашлось бы для нее много «теплых» слов, но сейчас, в эту страшную секунду, все прежние счеты были забыты.
