Экстраординарно: в немногочисленном для той эпохи населении Франции нашлось столько гранильщиков, каменщиков, плотников, мэтров выделки стекла и, наконец, архитекторов для постройки столь многих лаических храмов, то есть открытых всем и каждому.
Роль бенедиктинцев и аббатства Клюни понятна, и все же.
В двенадцатом-тринадцатом веках открыты, заложены следующие храмы: В Нуайоне, 1140; в Санлисе и Лаоне, 1153; в Париже, 1163; в Пуатье, 1166; в Сансе и Лизье, 1170; в Суассоне, 1175; в Бурже, 1190; в Шартре, 1194; в Руане, 1200; в Реймсе, 1211; в Оксерре, 1215; в Мансе, 1217; в Кутансе, 1218; в Амьене, 1220; в Тулузе, 1229; в Страсбурге, 1240… и так далее.
Я перечислил только самые важные.
Сколько мэтров строительства, резчиков, гранильщиков, каменщиков!
А деньги?
Понятно, все они верующие люди, но монахов среди них мало, на доходы аббатства рассчитывать не приходилось, это в большинстве миряне со своими семьями и заботами…
А ведь оплачивать надобно не только их, но и рабочих на карьерах, грузчиков, сучильщиков каната, водоносов, угольщиков, смотрителей и других, а затем скульпторов, мэтров по стеклу и прочее.
Деньги?
От народа, разумеется. Платит всегда народ так или иначе. Однако народ беден, и много с него возьмешь только за многие годы.
Король, сеньоры, епископы, каноники наперечет известны, ибо они всегда свои дары надписывают, причем одаривают скудновато: алтарь, витраж, статуя…
Общины? Но кроме Парижа страна заселена небольшими городами да деревнями — какой с них прок?
Только одна организация достаточно богата, чтобы все финансировать. Тампль.
Свершили ли они такое и была ли подобная миссия?
Еще раз все сходится к святому Бернарду, который
Миссию?
Целых три миссии.
Отыскать «Скрижали Закона».
Создать западную цивилизацию.
Воздвигнуть Храм.
Тамплиеры ни разу не уклонились.
Их командорства славились гостеприимством, протекцией бедных и гонимых, милосердием. Доблесть шевалье никогда под вопрос не ставилась. Они «бранились как тамплиеры» — простительный грех.
И что против этого величия подлость затеянного процесса!
14 сентября 1307 года цивилизаторская миссия Тампля прекратилась.
Король Филипп IV Красивый приказал арестовать всех тамплиеров королевства.
Цивилизация Запада рухнула, едва набрав высоту.
Европа на века останется игорным полем разномастных суверенов; ареной кровавого сектаризма клерикалов, будь то католики, англикане, реформаторы; полигоном финансовых магнатов, не признающих ни правил, ни морали — ничего.
Анонимный автор начала ХIХ века писал: «Надо признать, деструкция ордена тамплиеров — событие куда более важное и политически значимое, нежели до сих пор предполагали. Даже спустя пять веков отдается эхо анафем, проклятий, мстительных воззваний».
Экстенсивная пролонгация Тампля очень серьезно угрожала сословным интересам, это очевидно, — угрожала не королевству, но представлению Филиппа Красивого о королевстве, равным образом феодализму вообще.
Светское духовенство рисковало потерять все свои «бенефиции» и остаться при жалких церковных доходах.
К тому же для постоянно безденежного Филиппа богатство Тампля — искушение капитальное.
И, на мой взгляд, немаловажна очень страстная «воля к власти» другого религиозного ордена, претендующего управлять христианством: орден сей, озаренный добродетелью куда скромней своего основателя, надеялся террором поправить свои дела. Тампль для этого ордена — кость в горле.
Так в исторических документах излагаются причины и поводы аннигиляции Тампля. Все они поражают вдохновенной низостью. И употребленные средства достойны подобной низости.
Поначалу старались так или иначе использовать — первая заповедь любой власти. Фридрих II Гогенштауфен, владеющий Южной Италией, решил подчинить тамплиеров и, не преуспев, разграбил имущество ордена, а заодно оклеветал.
Папа Иннокентий III хотел натравить тамплиеров на ненавистного Фридриха Барбароссу, потерпел неудачу и успокоился.
Орден Святого Доминика, прежде чем стать худшим врагом, решил вначале «направлять» Тампль, а затем действовать с его помощью. Грувель пишет в «Исторических мемуарах об ордене Тампль»: «Крайне любопытно: в свое время тамплиеры и доминиканцы даже дружили. В 1143 году генеральный капитул Святого Доминика утвердил следующее положение: всякий раз, как доминиканец исповедует умирающего, то способствует составлению завещания в пользу тамплиеров. Подобное бескорыстие повышало репутацию доминиканцев среди аристократов. Впоследствии они предавали, продавали, пытали и сжигали своих друзей, руководствуясь, надо полагать, иными интересами».
Когда роль друзей и наставников доминиканцам не удалась, создали они военный орден «Радостных братьев» (Gaudens). Случилось сие в 1209 году во время Крестового похода Симона де Монфора на альбигойцев. «Радостные», полностью послушные доминиканцам, мелькали в процессе и затем урвали приличный фрагмент имущества тамплиеров.
