Святой Бернард, надо полагать, хотел сделать Тампль связующим центром, организатором, арбитром новой активности.
Но для этого необходимо иметь влияние, силу, богатство, что так или иначе оговаривается в уставе.
Богатство предполагалось изначально.
Земли, постройки, люди — наемные и крепостные, — церковные доходы.
Разумеется, духовенство свободно распоряжалось доходами церковных угодий.
В Тампле ситуация иная.
Никто не располагал средствами без санкции капитула.
И здесь были свои тонкости.
Капитул действовал в интересах ордена, но члены капитула не имели права тратиться на себя.
Шевалье не просил пощады на поле битвы (как и в кельтской «Красной Ветви») и, попав в плен, не предлагал выкупа: «ни камня, ни горсти земли».
Попадая в плен, тамплиеры, за редким исключением, честно соблюдали параграф устава.
Однажды пленный Великий магистр объявил: предлагаю пояс и кинжал. Он хотел сказать: обещаю не сражаться против вас.
Когда другого Великого магистра освободили под его слово, ему пришлось сложить оружие и стать «великим визитором».
От хрониста Жуанвиля известен такой эпизод: когда святой Людовик угодил в плен под Мансурахом, за него потребовали огромную сумму, которую невозможно было тотчас собрать. Но король Франции — это король Франции. Жуанвиль обратился к трезорьеру Тампля в городе Сент-Жан-д' Акр с просьбой о помощи. «Не имею права без санкции Великого магистра, — ответствовал трезорьер, — но у меня нет возможности защищаться, и я уступлю грубой силе».
Жуанвиль поднял алебарду, трезорьеру ничего не оставалось, как отсчитать выкуп за короля.
В этой шутке есть доля серьезности касательно строгой регламентации денежных средств ордена.
Святой Бернард хотел видеть орден богатым и богатым неисчислимо.
После основания Тампля Бернард препятствовал цистерцианским аббатствам приобретать земли, постройки, людей.
Подобное всячески обходилось, но факт знаменательный: аббат Клерво хотел ограничить богатство и влияние клерикального духовенства в пользу военно-монашеского ордена.
Богатый орден, бедные шевалье — это имелось в виду с самого начала. Любопытная амбивалентность. Вряд ли Гуго де Пейенс страдал особой бедностью или, к примеру, Годфруа де Сент-Омер, который отказал Тамплю обширные земли из своего феода. Да и Пейен де Мондидье, Аршамбо де Сент-Аман, не говоря уже о графе Гуго де Шампань, были состоятельными людьми.
Это не бедность, но отказ от собственности. Обездоленный, понятно, вызывает сочувствие. И
Такой изначальный и преднамеренный дуализм сыграл в будущем роковую роль.
Амбивалентность, дуализм, двойственность: братья гуляют по двое, вдвоем едят из одной тарелки.
Даже знаменитая печать Тампля — двое шевалье на одной лошади — напрашивается символом бедности, хотя здесь, возможно, манера ведения боя. Всадник в доспехах хорош на прямой атаке, но маневра ему не хватает: сидящий позади скрадывает «мертвые углы», отлично защищает партнера, особенно при четком взаимопонимании.
Вполне легитимны герметические аспекты «двуликого Януса», частые в религиозной иконографии. На королевских порталах соборов Шартра и Реймса изображение двух шевалье, скрытых одним щитом, — две фигуры за круглым ординаром о восьми лучах, согласно геральдике.
Богатство оправдано щедрой милостыней, меч и золото в помощь слабым и обездоленным. Служение — высшая добродетель.
Скорей всего, «военные параграфы» устава разработал Гуго де Пейенс. Это касается проведения кампаний, подробностей службы милитаров, экюйеров, оружейной прислуги, равно как прерогатив Великого магистра и крупных дигнитариев.
В нашем распоряжении только тот устав, который посчитали нужным опубликовать. К тому же оригинала нет, остались копии, переводы.
Многочисленные «тайные правила», открытые за последние четыреста лет, само собой, весьма ненадежны.
В начальный устав с течением времени вносились легкие модификации, известные как «ретрэты» о церемониале приема неофитов.
Трудно отыскать какой-либо иной орден с таким изобилием военных, социальных, религиозных задач. Вряд ли здесь достаточно опубликованного устава. Потому весьма вероятен компендиум секретных инструкций.
Загадка ли это?
Орден Тампля функционировал весьма активно в трех видах человеческой антрепризы: в культуре, коммерции, религиозной архитектуре.
Здесь факел передал святой Бернард. Миссия: выход за пределы сугубо клерикальные, расширение, секуляризация.
Социальные задачи: следовало не только накормить и защитить людей, не только развить коммерческие отношения, но и создать «инструмент» духовной эволюции, иначе останется человек «анималом вертикальным».
Генезис Тампля следует искать в религиозном строительном искусстве — тогда будет понятно, почему жезл, символ власти Великого магистра, есть «абакус» мастера компаньонов — строителей.
Подобное исскусство требует интуиции материала, дружбы руки с камнем и деревом — отсюда первичный смысл выражения main de gloire — рука славы. Каменотесы, каменщики, плотники должны обладать «разумом рук» — мануальной магией.
