Лина обвела взглядом присутствующих, пытаясь понять, есть ли среди них адекватные люди. Вся эта ведьмовская атрибутика казалась ей глупой и бессмысленной, но Александр, похоже, так не считал. Куда причислить Вовку, Лина пока точно для себя не определила. Судя по скептической ухмылке на его лице, в манипуляции старухи он не очень-то и верил, но, судя по всем поступкам, которые парень совершал до этого момента, его нельзя было назвать здравомыслящим человеком в принципе. Вот и получалось, что Лина единственная нормальная в этой комнате, что не особо ее утешило.
Если верить словам Александра, его бабушка — потомственная ворожея. Аглая помогала всем, кто к ней обращался, предсказывала будущее и даже исцеляла от страшных болезней. Раньше граф только посмеивался над этим, списывая все на совпадения или внушение, но теперь, как он выразился, переменил свои представления о реальном и нереальном.
— Магия и наука несовместимы, — полушепотом пыталась доказать ему Лина. — Это вообще два противоположных понятия! Наука существует, а магия — нет.
— Сейчас мы все увидим, — примирительно сказал Александр, наблюдая за действиями Аглаи. Она растирала в порошок колдовские травы, из-за чего пахнуть стало еще более резко, но приятно.
— Вы бы еще ставки сделали, — вмешался Вовка. Лина не успела ничего ответить: ворожея наделила ее почетной миссией зажигать свечи. Ержов с глубокомысленным видом принялся махать руками в сторону ковра, приговаривая:
— Абракадабра! Вингардиум левиосса! Коверус самолетус!
— У меня где-то было зелье, способное сковать язык и навсегда сделать человека немым, — как бы между прочим заметила Аглая. Вовка намек понял. Хоть он и не верил в эти «чары-бары», все же предпочел замолчать. Ему тоже нашлось поручение — написать на клочке бумаги дату и время прибытия.
— Я закончила, — объявила Лина. — Что теперь?
Старая графиня задумчиво посмотрела на зажженные свечи, затем буквально просверлила взглядом свою помощницу и сказала:
— Теперь туши.
— Что? — возмущенно выдохнула девушка.
— Тебе нельзя было это поручать, потому что ты не веришь, — объяснила Аглая. — Да и зажигать надо было по часовой стрелке, а не против. Я все сделаю сама.
— Да пожалуйста, — фыркнула Лина, с силой задула свечи и вернулась на свое прежнее место. Они с Александром сидели прямо на полу, поджав под себя ноги, так как единственный в комнатке стул занимала сама колдунья. К аромату трав примешался запах дыма и расплавленного воска.
Когда часы на Вовкином мобильном показывали без двадцати минут шесть, все было готово к таинственному магическому обряду.
— Садитесь на ковер, — велела Аглая. Вовка запрыгнул в круг из свечей первым. Уверенная, что из этой затеи ничего не выйдет, Лина нехотя последовала за ним.
— Ты-то куда? — к большому удивлению старой колдуньи, Александр тоже вошел в сооруженный ею круг.
— С ними. Я оставил родителям и сестре записку, но Вы тоже передайте, пожалуйста, им мои извинения и прощания.
— Не успею. Очень скоро ты вернешься обратно, — пророчески изрекла Аглая, хитро сузив глаза. — Приступим, — она встала из-за стола, держа в руках мисочку с травяным порошком, и прошлась по кругу, всыпая в каждую свечу по щепотке. При этом ведьма что-то неразборчиво нашептывала. Лина не удержалась и фыркнула, но черные глаза колдуньи ответили ей таким взглядом, что девушка даже испугалась. «Хоть бы порчу никакую не навела», — опасливо подумала она, готовая уже поверить во что угодно.
Аглая взяла со стола сложенный пополам листочек и легким движением руки подбросила его вверх. Каким-то образом бумажка оказалась ровно по центру круга, и к ней, как по команде, взвились яркие языки пламени ото всех шести свечей, заставив Лину вздрогнуть от неожиданности. Листочек вспыхнул и исчез, а пламя образовало над ребятами полупрозрачный купол. Ковер начал медленно подниматься вверх.
— Неужели это действительно сейчас происходит? — изумленно прошептала Лина. — Наверное, меня больше ничто не сможет удивить.
— Поверь, сможет, — так же тихо возразил граф. Лина запрокинула голову и с ужасом заметила, что приближается к верхней части купола и сейчас коснется огня. Но запаниковать не успела: Александр обхватил ее за плечи и поцеловал.
Сырость и темноту подземелья усугублял мрачный вид Ромки и влажные ресницы Лили, которая уже успела выплакать все слезы, но веселее от этого не стала. Вся троица сидела на земле за неимением лучшего варианта. Рома выцарапывал что-то на стене острым углом найденного здесь камня, Лина просто вперила взгляд вникуда. Судя по выражению лица Даши, она единственная еще думала, что жизнь продолжается. И сама пыталась развеселить товарищей по несчастью. Правда, весьма своеобразным способом.
— Кто поставит на то, что нас сожрут динозавры? — спросила она. Ответом ей было молчание. — Кто считает, что нас убьют эти желтоглазые гуманоиды? — снова тишина. — Может, кто-нибудь поставит, что мы умрем здесь от голода и жажды?
