Продолжая говорить, Триз приближался к королю стоящему у окна и смотрящему на королевский сад. Расслабленная поза и бокал вина медленно покачивающийся в руке монарха говорили о том, что он о чём то задумался и слегка выпал из реальности, размышляя о чём то своём. Бокал Триза неспешно перекочевал из правой руки в левую, а в правую из рукава широкого монашеского балахона скользнул небольшой абсолютно чёрный кинжал, выточенный искусным мастером из цельного куска какого-то минерала похожего на обсидиан. Когда до короля оставалось не более пары шагов, небольшая тучка набежала на небесное светило, и стекло окна отразило хищную улыбку Генриха, его сузившиеся глаза словно подчёркивались еле уловимой насмешливой хитринкой. И именно этот взгляд заставил сработать оглушительный сигнал тревоги взорвавшийся в голове у Триза, но именно он и выбил его из колеи буквально на какую-то неуловимую долю мгновения. Тело уже уходило влево и вниз, одновременно с тремя практически неслышимыми звуками раздавшимися со стороны деревянных панелей, которыми была обшита дальняя стена зала. Два миниатюрных дротика беззвучно впились в массивные портьеры рядом с королём, но третий, выпущенный ране других именно на ту самую долю мгновения раньше двух предыдущих, вроде как слегка черканув по шее Триза отклонился правее и впился в раму в паре дюймов от королевской головы. Генрих при этом даже не вздрогнул. Лишь сделав небольшой глоток из кубка и убедившись, что вина в нём уже нет он опустил его на подоконник и отвернулся от окна.
Тело Триза выгнутое в неестественную дугу лежало возле перевёрнутого им же самим кресла. Того мизерного количества яда попавшего с дротика в еле заметную царапину на шее, хватило на то, чтобы парализовать тело адепта «ордена четырёх» ещё в прыжке. Его голова неестественно вывернутая и развёрнутая в сторону короля видимо хорошо приложилась к массивному комоду стоявшему в паре шагов от чёрного хода. Небольшая вьюшка крови стекала из рассечения под волосами и заливала дорогой ворсистый ковёр, но судя по спокойному взгляду Триза устремлённого на Генриха, она как в прочем и всё остальное, его не сколько не беспокоила. Подойдя к распростёртому телу и подняв опрокинутое кресло, король уселся напротив неудавшегося убийцы, и задумчиво уставился в приоткрытые глаза своего “друга”. Не глядя на стол он протянул руку и взял бутыль с вином. Сделав несколько внушительных глотков прямо из горлышка, он встал и вернулся обратно к окну. Бесшумно съехавшая панель в стене впустила в помещение двух мрачных гвардейцев и ещё одну фигуру в точно таком же балахоне как у Триза. Маг подошёл к распростёртому телу и слегка коснулся виска, после чего тело обмякло и гвардейцы, подхватив его под руки потащили к проёму чёрного хода.
Когда гвардейцы уже почти исчезли в проёме раздавшийся голос короля, заставил их мгновенно развернуть свою ношу в сторону монарха оторвавшего свой взгляд от окна.
