Приступить к чтению книжки Дениусу помешала поставленная перед ним немалая кружка с слегка пенящемся напитком. Всё та же милая девчуля, глянув на обложку его книжици, прыснув в кулачок, ретировалась, не мешая Дениусу наслаждаться моментом. Столь необычную реакцию на его чтиво, Дениус понял уже на третьей странице, того самого чтива. Когда в книжной лавке он попросил, что-нибудь лёгкое, как он выразился, “для приятного время препровождения “, он даже не предполагал, что чтиво, будет на столько “лёгким “. Вернее? главная героиня данного произведения, будет на столько “лёгкого поведения”. Время близилось к вечеру, и то, что следующий день являлся выходным, способствовал быстрому заполнению подобных заведений.
— Может вам подняться в отдельную комнату. Ваш наставник предпочитал там коротать время за кружечкой арденского, — всё та же девушка мило улыбнувшись, обвела взглядом быстро заполняющийся зал. — Это за счёт заведения, как и следующая кружка.
Дениус слегка переоценивший пищевую ценность двух пирожков, и частично ощутив предательскую лёгкость данного напитка не задумываясь согласился на предложение. Развалившись на кровати, которая к слову сказать, была гораздо шире и мягче той, что была у него в академии, он углубился в дальнейшие приключения молодой фаворитки пожилого герцога, не забывая прикладываться к столь приятному на вкус напитку.
Когда в дверь ненавязчиво постучали, вторая кружка арденского уже практически была пуста, а главная героиня книги крутила роман со старшим сыном, того самого герцога.
— Может ваше магичество что-нибудь ещё желает? — в дверь вошла Эли, почему-то уже без фартука, лишь в лёгком кружевном сарафане.
— Нет, спасибо… — начал было Дениус, и выпустил из рук книженцию, так как соскользнувший с плеч девушки сарафан уже не прикрывал высокую, девичью грудь.
Спускавшийся в общий зал на утро Дениус, узнал гораздо позже, что очень многие многое готовы были отдать, чтобы его дочь понесла от мага. Даже дворяне своих дочерей, имевших слабые шансы на наследования, пытались подложить под королевских магов. Почему именно не наследственных, да потому, что маги не имели право на дворянство, и даже если одарённый отпрыск дворянского рода становился магом, он автоматически лишался титула. Но даже это не останавливало глав родов, в погоне за одарёнными отпрысками в свой род. Появление мага в роду, означало его однозначное усиление, даже несмотря на то, что он юридически к нему уже не принадлежал. Между академией и королевским дворцом, имелся квартал, именуемый в народе “кварталом чудес “. В нём имели право строится, и жить только маги от шестой ступени и выше. Домов подобных тем, что красовались в этом квартале, в столице можно было посчитать по пальцам одной руки. Маги сами по себе получали немалое королевское жалование, но также имели право на частную практику, не облагаемую налогами. А ограничение на владение магами больших поместий, и на наличие подданных, существенно сужало возможности траты их накоплений. Дениус всего этого пока не знал, и его улыбка до боли напоминающая придурковатого попрошайку с базарной площади, заставляла многозначительно хмыкать тех редких прохожих, встречающихся ему этим ранним воскресным утром.
Дальнейшее обучение Дениуса мало чем отличалось от обучения всех остальных. Разве что почти два месяца каникул, которые большинство слушателей академии отдыхали, расслабляясь кто в харчевнях по соседству, а кто и снимая поместья близ столицы. Он провел в своей комнате “впитывая” словно губка книги, подобранные ему Александром, или до изнеможения махал мечём в тренировочном зале.
Вообще владение мечём, стало его второй страстью. В академии, фехтование не являлось обязательным предметом, и поэтому мало кто из студиозов уделял ему внимание. Отпрыски благородных семей считали ниже своего достоинства скрещивать оружие с простолюдинами, а последние считали, что это им абсолютно не зачем, ведь большинство из них до академии никогда не держало меч в руках. Сам же Дениус частенько бегал к кузнецу в своей деревеньке, и тот в свободное от работы время давал ему уроки владения мечом, а за это мальчуган помогал ему в кузне. Его деревня Васильки находилась чуть юго-западнее Колле, и через них проходила дорога, соединяющая один из приграничных поселков с городом. И всякий раз, когда через их деревню проходил обоз пограничников в город или обратно, Дениус восхищался, как ладно у них приторочен меч. Он не бил им по ногам, не мешал при ходьбе, и вообще казался такой же неотъемлемой частью тела, как рука или нога. Они словно и не замечали, что у них на боку висит “железка” почти в два локтя длинной. Изредка, их обозы даже сворачивали по старой дороге на Эдинбург, по которой другие не решались передвигаться, потому, что на ней частенько “шалили” разбойнички. Но на пограничные обозы они не когда не нападали, себе дороже.
