Он чувствовал, что орочий шаман переключил все внимание на него, и сейчас прощупывает местность в поисках беглеца. Левее раздался еле различимый шорох. Меч Алекса без единого звука скользнул в руку, лук в таких зарослях был практически бесполезен. Чуть левее в трех шагах перед ним выскочил орк в темно зеленом кожаном доспехе с нашитыми металлическими пластинами. Алекс бежал абсолютно бесшумно и в отличие от орка был готов к столкновению. Он даже не замедлил свое движение, лишь подсел на бегу рубанув снизу в горло противнику. Орк, не проронив ни звука, рухнул на землю. Шаман до этого безуспешно пытавшийся нащупать Алекса почувствовал боль и отчаяние, вырвавшееся вместе с душой из умершего почти мгновенно сородича. В другой обстановке он бы их и не почувствовал, но наложенные им на этот район чары поиска уловили место гибели орка. Алекс понял, что совершил ошибку, надо было уйти от столкновения, затаится и пропустить орочьего война. А теперь отряд зашедший им в тыл повинуясь беззвучной команде шамана в полном составе развернулся в его сторону. Знание это пришло откуда-то само, а также понимание того, что этот не малый отряд орков пришел именно за ним, и он не прекратит преследование хоть до самой столицы королевства. Алекс чувствовал, что от заклинания шамана его, что-то скрывает, но он может определить в какой стороне находится беглец. Алекс понимал, что основной отряд орков движется по противоположному берегу до следующего брода. Заградительный отряд слева прижимает его к реке, а сзади напирает часть отряда, перебравшаяся с шаманом с того берега и их задача не отстать, так как шаман может потерять направление, если Алекс слишком сильно оторвется от преследователей. Но ему приходилось бежать по возможности бесшумно, а орки загоняли его не заботясь об этом, и поэтому расстояние хоть и медленно, но неумолимо сокращалось. Алекс понимал, что через пару миль ниже по течению следующий брод и переправа основного отряда все решит и не в его пользу.
Впереди, среди прибрежного подлеска, по которому бежал Алекс, показалось большое старое дерево. Глаза Алекса чуть сузились, не лице появилась злая ухмылка, не предвещавшая противникам не чего хорошего. Еще не совсем понимая, что делает Алекс взвился на дерево, скрываясь в листве. Лук сам оказался в руках, и одна из зачарованных стрел легла на тетиву. Алекс знал, что отец никогда не пользовался этими стрелами, если не мог их в последствии вернуть, но он также понимал, что у него нет не одного шанса, пока жив шаман.
Орки появились спустя пару минок, два десятка воинов бежавшие цепью, но шамана среди них не было, он двигался шагах в двадцати позади основной цепи в сопровождении тройки воинов охраны. Цепь проскочила мимо дерева, скрывшись в подлеске. Шаман с охраной промчался тоже мимо, но через дюжину шагов вдруг остановился, да так резко, что охрана проскочила вперед, не успев среагировать на движение колдуна. А тот видимо потеряв направление резко остановился, и ведомый своими чарами развернулся к дереву взглянув в его чуть колышущуюся листву, и даже с такого расстояния Алекс разглядел в его взгляде осознание своей судьбы и принятие неминуемой смерти как должного. В голове орского колдуна еще успела проскользнуть мысль, что эта дичь ему не по зубам, и зря не послушался он пятнадцать лет назад Хорка, бывшего тогда главой круга шаманов и не пошел с ним, ведя своих людей. А тогда у них еще был шанс, но они упустили его, и теперь дичь превратилась в настоящего хищника и становится с каждым годом все сильней.
Все эти мысли пронеслись в голове шамана, прежде чем стрела с отдававшим синевой наконечником преодолев отводящий стрелы поставленный им щит вспыхнув, вошла ему чуть ниже кадыка. Спустя пару мгновений уже обычная стрела угодила в глаз одного из воинов охраны. Полтора десятка шагов для Алекса было не расстоянием в стрельбе из лука, тем более из такого. Он выпускал стрелы одну за другой, практически не целясь. Через дюжину ударов сердца с шаманом и его охраной было покончено, но последний сраженный войн все же успел крикнуть что-то уходящей на юг цепи, прежде чем рухнуть со стрелой между лопатками.
Алекс соскользнул с дерева и растворился в прибрежном кустарнике, уходя на северо-восток. Буквально через минку из подлеска показались первые орки, над лесом понеслись команды на картавом чуть гавкающем языке, и уже объединившийся отряд преследования и заградительный насчитывающий почти три десятка воинов развернувшись широким веером от реки, волной покатился на север. Еще больше трех десятков орков на противоположном берегу, не дойдя полмили до очередного брода тоже развернулись, устремившись в верх по течению. Но они все, почти девять десятков воинов не могли знать, что еще пол ора назад почти загнанная ими дичь уже стала вышедшим на охоту не имеющим жалости хищником.
