— Ты считаешь, причина увеличения цикла работы заклинания находится внутри скалы? И чем ближе к источнику, тем сильнее фон? Что ж, вполне вероятно и как я старый балбес не додумался сам, старею, теряю свою хватку, а это подтверждает, что сами боги послали тебя ко мне, ты должен срочно просмотреть все мои наработки, наверняка в них ты найдешь на много больше интересного, чем разглядел я.
— Вы какой-то неправильный маг, — спускаясь со скалы и прислушиваясь к своим внутренним ощущениям, проговорил Дениус, — большинство магов все свои лучшие наработки открывают своим ученикам перед своей смертью, и то не всегда. А вы, готовы поделится всеми своими наработками, которые вы создавали многие десятки лет, даже не своему ученику, а человеку, которого вы знаете всего второй день.
— Никого бы из совета я и близко не подпустил к своим трудам, разве что Александра. Но что я точно сумел хорошо делать за свою довольно таки продолжительную жизнь, так это разбираться в людях. Тем более появился такой шанс улучшить свои и без того сильные наработки и превратить их во что-то более, я не побоюсь этого слова великие, да меня от одного этого бросает в жар.
Они уже спустились со скалы и двигались вдоль ее подножья, когда шедший впереди Дениус резко остановился, и полез в кусты, за которыми их взору открылась небольшая расщелина, но к сожалению, через пару шагов она резко сужалась и не было не какой возможности протиснутся дальше.
— Может мне шарахнуть заклинанием, чтоб проход расширить? — Дуглас мотнул головой в сторону преграды.
— Не стоит этого делать, во-первых, там похоже пещера и её может засыпать, а главное мы не можем точно сказать, как на столь мощное заклинание отреагирует находящееся в нутрии, ведь мы даже не знаем, что там. Я думаю, старая добрая кирка справится с этим за пару дней, пришлем сюда с десятка полтора рабочих, их тут вполне хватит.
— Сержант, — позвал старый маг старшего охраны, — остаешься с десятком здесь, мы пришлём рабочих с инструментами и провизией, задача расширить лаз, чтоб можно было проникнуть внутрь пещеры, но под страхом смертной казни запрещаю туда соваться любому. Как закончите, пришлете немедля за нами. Пожалуй, я к вам пришлю побольше людей, чтоб работали посменно, думаю таким образом к завтрашнему дню все будет готово. А нам пора возвращаться дел невпроворот.
Остаток дня и весь следующий до появления гонца ушел только на сортировку материала по приоритету срочности и важности, но с появлением последнего все дела были отложены, и оба мага отправились к пещере.
За последние сутки лаз в скале значительно расширился, и в пещеру можно было протиснутся без труда. Взяв приготовленные заранее факела Дениус, а за ним и Дуглас направились к лазу, но прогулка вышла не так проста, как хотелось бы. Через пару шагов после расширения лаз резко уходил в низ превращаясь в узкий колодец, и после недолгих споров решено было, что вниз спустится сможет только один и само собой выбор пал на более молодого Дениуса. Обвязавшись веревкой, он начал спуск, очень мешал факел, но через дюжину саженей спуск прекратился, и еле протиснувшись в очередную щель, Дениус оказался в зале чуть больше дюжины шагов в диаметре и около полудюжины локтей в высоту. Осмотрев все тщательным образом и нечего примечательного, не найдя Дениус засунул в щель факел, и разведя в разные стороны руки закрыл глаза. По внутреннему взору резануло словно ярким солнечным лучом, справа от него через всю стену извилистой молнией проходила жила. Открыв глаза он даже не сразу ее нашел так как минерал оказался черного цвета и сливался с цветом скалы хотя если очень внимательно приглядеться его все же можно было разглядеть. Потеряв немало времени Дениусу с помощью кинжала все же удалось отколоть слегка выступающий кусок минерала положив его в карман Дениус с чувством выполненного долга стал пробираться обратно.
— Караул у пещеры усилить вдвое, командира гарнизона с комендантом в башню.
Дениуса колотило как в лихорадке, и чтоб это не так сильно бросалось в глаза, он энергично отряхивал портки, и лишь искоса взглянул на все понимающий взгляд старшего товарища, у которого при виде него глаза заблестели как у начинающего студиоза, сотворившего свое первое заклинание.
