Греческие колонии занимали лишь территорию, непосредственно примыкающую к морю. За ее пределами в северном Причерноморье жило основное местное население, различные племена, среди которых главное место на обширных пространствах от Дуная до Дона занимали оседлые и кочевые племена скифов, а за Доном — племена сарматов. Все они были, в понимании древних греков, варварами, так как язык у них был не эллинский и образ жизни отличался от эллинского. Однако это обстоятельство ни в какой степени не препятствовало установлению тесных связей между греческими колониями и обитавшим в северном Причерноморье местным населением. Жизнь греческих колоний на всем протяжении их истории протекала в непрерывном взаимодействии с миром причерноморских варваров.
Греческая колонизация северного побережья Черного моря не была явлением случайным, обусловленным какими-либо специфическими условиями этого края или особыми целями, которые здесь преследовались древними греками. Колонизационное движение, расселение греков за пределы собственной страны — одно из важнейших явлений исторического развития античной Греции, начиная с самых ранних этапов.
Древнейшая волна колонизации, протекавшая в значительной мере стихийно, имела своим результатом прочное освоение греками архипелага Эгейского моря и западного малоазийского побережья.1 Следующая волна колонизационного движения греков началась с VIII в. до н. э. и была обращена, прежде всего, на запад, в районы западного Средиземноморья. Многочисленными греческими колониями покрылись тогда берега Сицилии и южной Италии; колонии появились на побережье южной Франции, Испании, северной Африки. Почти одновременно стали возникать колонии и к северо-востоку от Греции, в Мраморном море и затем на берегах Черного моря, начиная с южной его стороны. Появление греческих городов в северном Причерноморье представляется, таким образом, лишь одним из эпизодов большого процесса античной греческой колонизации; при этом по ряду причин колонизация северного побережья Черного моря осуществилась значительно позже, чем в других местах.
При всей заманчивости выгод, которые могли сулить грекам колонии в северном Причерноморье, отдаленность этих районов от главных греческих центров, а также климатические условия, значительно более суровые, чем в пределах Эгейского бассейна и Средиземноморья, не могли способствовать колониальным устремлениям греков на север. И все же исключительные экономические возможности, открывшиеся перед греками в северном Причерноморье, заманчивые перспективы развития торгового обмена с населением Скифии затушевали все неудобства жизни в непривычных условиях. В VI в. до н. э. основные греческие колонии разместились и на северном берегу Черного моря.
На огромном протяжении морских берегов, начиная, примерно, от Гибралтара на западе и вплоть до низовьев Дона и Кавказского побережья на северо-востоке, были рассеяны города-колония древних греков, которые, по выражению Цицерона, «представляли как бы кайму, подшитую к обширной ткани варварских полей». Как правило, далеко в глубь страны греческие колонисты не проникали, держась, главным образом, прибрежных районов, откуда открывались морские пути-сообщения. На остальных пространствах вне приморской полосы обитало повсюду свое коренное негреческое население. Это положение было очень образно выражено знаменитым греческим философом Платоном, по словам которого греки жили «на ограниченной части земли от Фасиса [река Рион на Кавказе] до Геракловых столпов [Гибралтар], расположившись вокруг моря, как муравьи или лягушки вокруг болота».2
Основанию колоний, организованному переселению значительного количества жителей в отдаленные от родины места предшествовал длительный период случайных походов отдельных смельчаков-мореходов, которые на свой страх и риск в поисках добычи бороздили моря, совмещая коммерческую деятельность с морским разбоем, не считавшимся тогда делом зазорным.
