Раскинул руки, чтобы словить равновесие, пошел по бревну, не позволяя маятникам-грушам сбить себя на маты. Краем глаза заметил, что Маша внимательно наблюдает за моими успехами.
Проскочив только груши, дал себе пару секунд передышки, и посмотрел на свою помощницу. Кажется, она здорово за меня волнуется.
— Уверены, что не хотите присоединиться?
— Осторожно, — выдохнула девушка.
И в какой момент я успел сделать два лишних шага, чтобы оказаться в зоне досягаемости вертушки?
По затылку огрело не больно, но ощутимо. Да и бревно под ногами — не самая лучшая опора.
Естественно, я свалился на маты. И вот уже Маша склоняется надо мной, подбежав со скоростью легкоатлета.
Щекам досталось несколько крепких хлопков. И что это за привычка — бить людей?
— Вы как? Сколько пальцев видите?
Серьезно?
— Мария, мы кажется договаривались. Никаких вопросов. И никакого рукоприкладства.
Девушка опешила, но не отстранилась. Все еще взволнованно осматривала меня, зарывая тонкие пальчики в мои волосы. Почти массаж, на который я так и не попал.
— Извините. Я решила, что вы потеряли сознание.
Нет, я, конечно, не торопился подниматься. Но тут причина не в том, что плохо себя чувствую. Даже наоборот. Маты мягкие и чистые, рядом миловидная девушка, которая хлопочет о моем самочувствии. Так и подмывает сыграть в самого больного человека на свете. Хотя, кажись, с такими намерениями я действительно не слишком здоровый.
— Раны вроде нет, — пришла к выводу Маша, убирая руку. — Головокружение? Тошнота? Мне вызвать скорую?
— Отставить панику, — перехватил кисть своей заботливой помощницы, пока она меня в поликлинику на опыты не отправилась сдавать. — Я просто потерял равновесие. Поверьте, девиц в барах по попам сильнее шлепают, чем эта штука бьет по голове.
— Сергей Викторович, — поджимая губы, насупилась Ромашкина. — Мне не сильно интересно как и, главное, зачем вы бьете женщин в барах, но смею заверить — в указанном месте мозга нет. А у вас в голове есть.
Прямо по интонации чувствую, что пропущено слово «вроде».
— Так что надо понять — есть ли сотрясение. И можно ли вам садиться за руль. А то у меня прав нет. Да и водить я не умею.
— Так вы из корыстных целей.
Что-то я сегодня разошелся…
— Конечно, — к своему удивлению обнаружил, что Машу опять не удалось смутить. Может, оно и к лучшему. Хватит уже испытывать терпение у порядочной девушки. — Где я еще найду работодателя с такой зарплатой, который будет возить меня средь бела дня по аттракционам? Давайте помогу встать.
Руку не принял.
— Вы мою мужскую гордость решили окончательно растоптать?
— Я вас умоляю, мы же на работе существа бесполые.
Поднялся самостоятельно, пока Мать Тереза не взвалила мою тушку на свою хрупкую спинку.
— Ладно, — осмотрел полосу препятствия еще раз. — Мне здесь определенно понравилось. Так что…
Посмотрел на Машу. Маленький взъерошенный воробей с большими глазами. Готовая внимать каждому слову.
— Давайте сделаем так. Вы организуете корпоратив на этой базе. Посмотрим, как они работают. Я хочу максимальную программу. А потом решим.
— Сроки?
— Что?
— Сроки, — повторила Мария. — Завтра, через неделю, месяц…
Я не помнил. Аня уже несколько раз поднимала этот вопрос, говорила, что нужно что-то решать. А даты?
— Конец июля. Потом на почту скину подробности.
Если не забуду.
— Хорошо, — Маша кивнула и застыла в ожидании следующих указаний.
— Тогда пока осмотритесь тут, я хочу переговорить с директором. Не знаю, насколько это затянется. Не пропадайте.
Ага, не пропадайте. Как бы мне не пропасть…
Маша, Маша, Маша, Маша… Остановившись у администратора и выжидая, когда для меня найдут Арсена, я поглядывал в сторону своей помощницы. Исследовать территории девушка не отправилась, оставалась в зоне видимости. Тихоня с занимательными увлечениями. Может, в восторг ее полосы не привели, зато отвращения Маша точно не испытала. Не было этих ленивых отмазок про маникюр, от которых передергивало. И идеи интересные предложила.
Покладистая, смекалистая. Маленькая язва.
Пока не решил, плюс это или минус.
Но с Ромашкиной точно можно работать. Это самый главный плюс. Нутром чувствую, что могу на нее положиться.
«Сегодня работаю из дома. На связи. Но ограниченно. Все вопросы по почте. Постарайтесь не беспокоить».
Отлично.
Я посмотрела на подготовленный кофе и понесла его выливать в раковину. Раз начальника не будет, самое время… поддаться панике! Сердце в груди заколотилось с частотой взмаха крыльев колибри. Я только неделю работаю. Это совсем не тот срок, после которого можно чувствовать себя на новом месте достаточно комфортно. Сергей Викторович, конечно, нагружал заданиями, но хотя бы был рядом. Да, бегать к нему за разъяснениями было строго запрещено, зато я практически не выполняла функцию приемной. Сотрудники связывались с ним напрямую, выясняя — когда можно зайти на подпись, когда нужно что-то решить срочно. Если сегодня Никифорова не будет — козлом отпущения сделают меня.
