— Я знал, — воскликнул он, тыкая в меня пальцем. — Я знал. Это никогда не было связано со сводничеством Лилиан. Ты делаешь это из-за парня, в которого втюрилась.
— Ты меня раскусил, — я пожала плечами. То, что он поверил в эту ложь, было намного лучше, чем рассказать ему жизненно важную, возможно, разрушающую дружбу правду. — Как ты это понял?
— «Нетфликс», — ответил Бекс. — Так кто он?
— Почему я должна говорить тебе?
Взгляд, которым он окатил меня, был наполовину уничижительным, наполовину впечатляющим.
— Думаю, я заслуживаю того, чтобы знать, учитывая то, как ты используешь меня. Вот кто я для тебя, Сэл, просто симпатичный спутник?
— О, нет, — на этот раз я скрестила руки. Я знала его слишком хорошо, чтобы поверить, что он на самом деле обиделся. — Не притворяйся, Бекс. Не веди себя так, будто тебе это совсем не нравится.
Он медленно улыбнулся:
— Ну, я определенно не ненавижу это.
Я покачала головой:
— Это ошибка.
Бекс закатил глаза.
— Так все-таки, кто этот парень? — он сел в кресло и жестом показал, чтобы я сделала то же самое. — Он должен быть чем-то особенным для тебя, если ты согласилась на все эти сложности.
Положив шляпу и мантию на пол и медленно опустившись на кровать, с прямой спиной, на самый край, я заставила себя не оглядываться, и сказала:
— Ну, да.
Бекс издал горлом странный звук.
— Ты можешь, по крайней мере, сказать мне имя этого придурка.
— Нет.
— Ну же.
— Нет, Бекс.
— Почему нет?
«Потому что этот придурок – ты», — подумала я, но только покачала головой.
Бекс нахмурил брови, глубоко задумавшись. Наконец он сказал:
— Ты хотя бы можешь рассказать мне о нем? У него спортивное телосложение?
Сама того не желая, я бросила взгляд на ряд футбольных наград на полке Бекса.
— Да, — ответила я. — Очень.
Бекс кивнул.
— Значит качок. Должно быть, тупой?
Думая обо всех тех разах, когда он попадал в список отличников, я покачала головой.
— Вообще-то, он очень умный. Звучит как отличный бонус, не так ли?
Он снова издал этот звук.
— Он безобразный, да? У него лицо, которое может любить только мать, рожа, которая заставляет маленьких детей плакать. Лопоухие уши, кривые зубы, сросшиеся брови.
Представив Бекса со сросшимися бровями, я громко рассмеялась, расслабившись впервые с тех пор, как вошла в комнату.
— Нет, он очень красивый.
— Красивый? — с сомнением повторил Бекс. — Погоди-ка, этот парень один из метросексуалов или что-то типа того? Это ведь не Бо Лафонтен с физики? О, Сэл, я думал у тебя вкус получше.
Продолжая улыбаться, я позволила себе слегка откинуться на кровати. Это было даже вроде как забавно.
— Нет, он не в моем вкусе. К тому же, не думаю, что Бо увлекается спортом.
Бекс заметно расслабился.
— Почему тебе так интересно?
Он вдруг выпрямился и ухмыльнулся, снова превратившись в того уверенного Бекса, которого я всегда знала.
— Да так, — сказал он. — Просто хочу знать, с чем мы имеем дело. Итак, ты готова начать урок номер один?
— Урок?
— Да, Сэл, — огонек в его глазах заставил меня ощутить нервозность и волнение, боязнь и надежду одновременно. — Как я ранее и сказал, если мы хотим, чтобы это выглядело правдоподобно, тебе придется привыкнуть к тому, что у нас будет больше физических контактов.
Физических контактов? Звучит угрожающе.
Он рассмеялся.
— Не хочется, чтобы у будущих девушек сложилось неправильное впечатление, правда? Твоя пугливость может подмочить мою репутацию. Мы должны попрактиковаться тут, прежде чем делать это публично.
— Давай, — медленно сказала я.
Встав, он прошел и сел на кровать рядом со мной. Развернув свое тело к моему, он сказал:
— Думаю, мы начнем с легкого, просто немного упражнений с прикосновениями, потому что ты кажешься такой нервной.
Игнорируя свое колотящееся сердце, я сказала:
— Я не нервная.
— Да.
— Нет.
— Да.
— Нет, я…
Бекс вздохнул, его рука вдруг оказалась у меня на бедре. Я так дернулась, что чуть не упала с кровати.
— Видишь? — спросил он, пытаясь сдержать улыбку.
Ему это не удалось.
Отбросив его руку, негодуя, я вскочила на ноги.
— Это нечестно! Я была не готова!
Бекс потянул меня обратно на кровать, глядя мне прямо в глаза.
— В этом весь смысл, — сказал он. — Куда бы мы ни шли по коридору, в классе, неважно, ты не будешь знать, когда я соберусь коснуться тебя, обнять, поцеловать.
При мысли о целующем меня Бексе сердце в груди станцевало джигу, но Бекс продолжил:
— Ты должна быть подготовлена, Сэл. Если ты хочешь сделать так, чтобы этот парень ревновал, то он должен поверить, что мы пара. Он не поверит, если ты продолжишь вот так реагировать. И Хукер тоже.
Он был прав.
Нацепив самое серьезное выражение лица, я повернулась к нему.
— Хорошо, мистер Мияги. Я готова учиться. Научите меня всему, что умеете.
Бекс рассмеялся.
— Хорошо, Салли-сан, — подмигнул он, — но сегодня мы сосредоточимся на прикосновениях. Я не хочу слишком быстро ошеломить тебя.
Я покраснела, осознав, как это, должно быть, прозвучало. Но я бы соврала, если сказала, что не было части меня, которая бы не хотела, чтобы он ошеломил меня, так быстро, как ему угодно.
К счастью, Бекс не стал заострять на этом внимание.
Придвинувшись, он поднял руку.