— Да. Следуйте за моей машиной. Частота мой рации — восемнадцать мегагерц.
Все тут же перестроились на нужный канал.
— Всего у нас три горных поселка, — Начал рассказывать Виктор, когда сел за руль, — В основном все бывшие рабы, те, кто смог выкупиться. Кто-то бежал от хозяев, у кого-то наоборот, не сложилось в цивилизованном мире — они должны много денег, а в рабство не хочется, так что народ тут у нас разный, но в основном сознательный и работящий. Чужих мы принимаем редко и то пока его не посмотрит наш, — Виктор замялся, — знахарь или шаман, даже не знаю, как его назвать, но, в общем, он владеет ментальными техниками.
— Нишх?, — спросила Асамзула.
— Нет, он такой худой и высокий, похож на палку. Расу его я не знаю, да он и сам не говорил, но он у нас один в поселении — лечит наложением рук. Вы не смейтесь, — тут же оправдался Виктор, хотя никто даже не хмыкнул, — это реально работает. Он так мне дочь от песчанки вылечил, мы так местную лихорадку зовем.
— Сколько ты уже здесь?, — спросил Боцман.
— Около двенадцати лет, может больше, я не считал, — Пожал плечами человек, — Сначала был в рабстве у клана "Добытчиков", — При этих словах Рома вспомнил начало своего пути в Содружестве, — Потом на их рудные астероидные шахты напали "Прыгуны", утащили меня сюда — они захватили рабов, чтобы начать разработку месторождений на планете, но у них ничего не вышло — специалистов не было, нейросети ставить они не умели, а только мозги части пленников сожгли, а кайлом махать — много не накопаешь. Я инженером у "Добытчиков" был, у меня средний коэффициент сто тридцать пять, поставили мне шахтерскую нейросеть с рабской привязкой, чтобы не сбежал, а тут привязку сняли, а потом и вовсе отпустили.
— С чего такая щедрость?, — спросил Федя.
— Улететь с планеты нереально — "Прыгуны" контролируют все пространство, только их транспорты летают отсюда, а билеты они не продают. Выдали нам инструмент, кое-какое оборудование и сказали — вы свободны, минералы добывайте, сдавать в наш приемный пункт, получайте еду и материалы для строительства, одежду, мелочевку всякую, нам вас кормить дорого, займитесь самообслуживанием, можете вообще ни хрена не делать и сдохнете от голода, вот и пришлось крутиться, более сознательные поселения организовали — нас таких доходяг человек сорок набралось. Ну а лодыри и тунеядцы всякие в горы ушли, собрались в банды и нападают на вольных.
— И что, все люди?, — спросил, не выдержав, Пихто.
— Нет, разные расы, но в основном ингеры, ваагри и федералы, тут до Федерации близко, многие оттуда бегут. Ну и люди есть, куда же без них — американцы, французы, немцы, китайцы, индусы. Из русских я один, — Виктор посмотрел на неспешно едущую рядом багги — все поддерживали скорость передвижения "Неустрашимого", который развил свою крейсерскую до 35 км/ч, — Вы ведь тоже с Земли?
— Прозорливый ты наш, — Проворчал Боцман.
— Переводчик не работает, когда вы говорите. Да и такси до Дубровки тут не ходит, — Пояснил шахтер, — Вас как минимум трое.
— Нас четверо вообще-то, но одна больше помалкивает — наговорилась уже, — Ответил Пихто, — Ладно, Витя, ясно как ты дошел до жизни такой, а чего в бандиты не подался? Там ведь все просто — украл, выпил или съел, день прошел не зря, завтра по новой.
— Чего я там забыл? Многие так и сделали и где они сейчас? Лежат в песке мертвыми или бегают по пустоши в обносках, но вооруженные — такие банды тут даже пираты не любят. У "Живодеров" к "Прыгунам" по этому поводу особый счет — это ведь они тут отребье всякое расплодили.
— А вот с этого места про пиратов поподробнее, — Попросил Рома, — Маркировка, производные?
