Олимпия подбежала к своему шкафчику. Красивые открытые туфли на толстом каблуке черного цвета завязывались на лодыжке. Олимпия обулась, встала к зеркалу, сделала реверанс и сказала: – Конечно, Сириус, я станцую с тобой. Что? Прекрасное платье? Большое спасибо, ты тоже ничего,- Голд засмеялась и села на пол,- вот я дура, как можно...Стоп. Что за запах? Голд глубоко вздохнула и закрыла глаза. » Облако само собой рассеялось. Парни недолго смотрели друг на друга и ничего не понимали. Они снова сели на одну кровать и первый заговорил Поттер: – Может ты неправильно произнёс заклинание?- спросил Поттер. – Я всё сделал, как надо. Прошлый же раз сработало. – Питер, не психуй, не получилось, значит не получилось. Тем более, она могла пойти переодеваться, а нам видеть её нагой раньше, чем Сириус не следует,- сказал Римус. – Это точно,- рассмеялся Джеймс,- но согласитесь, что в этом платье она потрясающе выглядит. Бродяга оценит. – А её небольшие фантазии предлагаю держать в секрете. Иначе Сириус ничего не выучит из этого урока,- ответил Питер. – Что я не выучу?- из ванной появился Блэк. На его бёдрах было обмотано полотенце. Мокрые волосы прилипали к коже, а капли спадали на пол. Парень улыбался и подошёл к шкафу. – Мы говорим о Заклинаниях. Придумываем, как заставить тебя выучить новую лекцию,- выкрутился Люпин. – Делайте со мной, что хотите. – Что за хорошое настроение?- спросил Питер. – Хвост, Бродяга действительно надеется на ещё один шанс. – Правильно, Сохатый, именно сегодня я приглашу Лимпи на бал. Если же кто-то опередит меня, а об этом узнают все и сразу, то этот кто-то надолго останется у Мадам Помфри. – Как ты её назвал?- пытаясь не смеяться, сказал Джеймс. – Лимпи, а что? – Будто кличка для пони,- засмеялся Питер. – Закрой свой рот, Питер, иначе я за себя не ручаюсь,- прорычал Сириус. – Всё, успокойся, хорошо,- запереживал Питер. Блэк очень быстро переоделся и перед тем, как выйти из комнаты, махнул Мародёрам рукой и протороторил: – Я не знаю, когда прийду, поэтому ждите поздно, мамочки. *** Так прошёл день. Олимпия не ходила на уроки, Лили и Алиса думали, что это депрессия из-за измены, но девушка просто хотела спать. Она хотела набраться сил и, скорее всего, Голд предчувствовала, что что-то произойдёт. Олимпия проснулась ближе к вечеру и взглянула на комнату. Её соседки собирались на праздник. Эванс подбирала причёску к своему красному платью до колена с пышной юбкой. Алиса пыталась разносить туфли изумрудного цвета для такого же цвета вечернего наряда. А Марлин наносила последние штрихи к макияжу, напевая какую-то мелодию. – Вот и спящая красавица проснулась,- отметила Маккиннон. – От твоего ужасного пения и проснулась. Сколько время? – 18:00, через два часа начнётся бал. Успеешь? – Не беспокойся, Лили, успею. А почему вы так рано?- спросила Олимпия. – Мы договорились встретиться с мальчиками пораньше. Тебя кто-то успел пригласить? Просто ты целый день проспала,- сказала Алиса, ходя по комнате на каблуках. – Её? Пригласили? Не смеши меня, Алиса. – Марлин, успокойся, пожалуйста,- серьёзно ответила Эванс. – Так, угомонитесь все. Теперь мне нужно готовиться, а пригласили меня или нет, узнаете позже. Олимпия встала с кровати и двинулась в сторону ванной. Через тридцать минут Голд вышла в хорошем настроении и в полотенце. Девочек уже не было, поэтому она могла спокойно собраться на бал. Олимпия достала из шкафа новое платье и туфли. Переоделась она быстро, волосы заявила в локоны с помощью палочки, а теперь необходима, та часть, которую Голд не очень любит. Пришло время макияжа. Конечно, девушка красилась каждый день, но не так ответственно, как сейчас. Все эти стрелки, контуры выводили её из себя. Олимпия использовала золотые тени и нарисовала небольшие стрелки. Она накрасила губы помадой телесного оттенка. Пару взмахов волшебной палочки и Голд была готова. Девушке захотелось добавить в свой образ украшений. Она порылась в своём чемодане и достала самую ценную шкатулку. Олимпия не решалась её доставать раньше, ведь то, что хранилось там не было, нет и не будет ни у кого. Голд взяла из своей сокровищницы корону, украшенную чёрными камнями и серёжки с таким же стилем. Украшения подходили идеально. Этот комплект ей подарила Афродита на двенадцатый день рождения. Олимпия положила палочку в потайной кармашек платья, проверила всё ли она взяла и ушла. В гостиной никого не было, гриффиндорка взглянула на часы и поняла, что праздник начнётся через десять минут. Ей хватит этого времени, чтобы дойти на каблуках в Большой зал. Она вышла в коридоры и двинулась в сторону торжества. *** Мародёры вместе с девушками стояли у входа в Большой зал. Двери ещё были закрыты. Алиса и Френк отошли к друзьям парня, а остальные стояли у лестницы. Джеймс обнимал Лили и повторял ей, что она безумна красива. Питер держался за руку со своей Ланой, Римус не нашёл себе пару, хотя он и не искал. Марлин, как обычно, подбиралась к Сириусу и донимала его разными вопросами. Блэк же ждал только одного человека. Он не смог пригласить на бал Голд, потому что не нашёл её. – Успокойся, Сириус, Олимпия скоро подойдёт,- Лили заметила частые поглядывания Блэка в сторону лестницы. – Надеюсь, я хотел пригласить её, но нигде не мог найти. – Она спала со вчерашнего утра и встала почти два часа назад,- Марлин недовольно фыркнула. – Ребят, посмотрите,- Люпин неотрываясь смотрел в одну точку. Все обернулись и увидели нечто прекрасное. Олимпия спускалась к ним, как королева, нет, как богиня. Идеальная осанка, поднятая вверх голова, лёгкая улыбка, а не усмешка, один только вид мог возбудить. Сириус смотрел, не отрывая глаз. Блэк не знал, что Голд может быть ещё более красивей. Девушка подошла к ним, Римус взял её руку и легко поцеловал тыльную сторону ладони. – Вы восхитительны, мисс Голд. – Благодарю, мистер Люпин. Вы первый, кто говорит мне сегодня комплимент. – Олимпия, ты супер. – Спасибо, Джеймс,- усмехнулась Голд. – Милая, ты действительно прекрасна. Я не понимаю, как ты так быстро собралась. – Легко. Двери в Большой зал начали открываться. Ученики обернулись и уже шли внутрь. Сириус был сзади своей компании и, на его удивление, рядом с ним была Олимпия. – Я думала, ты первым скажешь мне что-нибудь. Может я специально для тебя старалась. Блэк повернул голову в сторону своей возлюбленной и широко улыбнулся. Голд тоже повернулась к нему лицом. – Не волнуйся, я пошутила. Можешь выкинуть все свои мысли и планы на меня. Олимпия ускорила шаг, собираясь уйти, но Сириус успел схватить за руку. Голд обернулась и Блэк сказал: – Ты великолепна, Олимпия Блэк, и всегда будешь лучше других. Девушка не хотела, что бы он видел, как она покраснела от его слов.
