Облегчение охватывает меня, когда я поворачиваю ручку, и дверь со щелчком открывается. Просовывая голову сквозь нее, чтобы посмотреть, есть ли он где-нибудь поблизости, я на цыпочках выхожу, когда его не вижу. Осторожно закрываю за собой дверь.
Я продолжаю тихо идти по коридору. Как только я добираюсь до конца этого зала, я попадаю в один огромный зал, разделенный на разные секции. Я бросаю взгляд на лестницу, ведущую вниз, но с другой стороны от меня есть лестница, ведущая наверх, которую я вчера не заметила.
Я раздумываю, в какую сторону пойти, прежде чем мое любопытство окончательно берет верх надо мной, и я решаю подняться. На самом верху лестничного пролета я натыкаюсь на большое отверстие, похожее на площадку с фонтаном внизу. Вместо дополнительной лестницы, на другом конце этого проема есть только две очень высокие деревянные двойные двери с обвитыми вокруг них железными лозами.
Убедившись в последний раз, что поблизости никого нет, я на цыпочках подхожу к дверям и толкаю их, открывая.
У меня отвисает челюсть от открывшегося передо мной захватывающего зрелища. В этой комнате находится самая красивая библиотека, которую я когда-либо видела. Она огромная, с внутренним балконом, опоясывающим комнату и создающим второй этаж с книжными полками.
Радужные оттенки сияют по всей комнате. Я следую за ними и рассматриваю стену, сделанную из самого красивого витражного стекла. Свечи — это единственное, что освещает углы, до которых не доходит солнечный свет.
На куполообразном потолке изображено ночное небо. Каждое созвездие, о котором вы можете подумать, идеально расположено на картине.
Никогда еще я не видела библиотеки, подобной этой. Здесь, должно быть, сотни тысяч книг. Проводя пальцами по корешкам, я вдыхаю сладкий запах старых книг. Мой любимый запах.
Когда я прохожу вглубь библиотеки, мое внимание привлекает большая черная колонна, на которой держится нечто похожее на стеклянную витрину со странным кинжалом внутри. Я медленно подхожу к темному и блестящему кинжалу длиной с предплечье. Я понимаю, что никогда раньше не видела ничего подобного. Вместо того, чтобы быть двусторонним, как у всех моих кинжалов, у него три острые грани, переходящие в очень острое острие. Я поднимаю руку, чтобы коснуться стекла, но останавливаюсь.
— Ты нашла мою любимую комнату в доме. — Голос Азры пугает меня, но я не смотрю в его сторону. Я все еще очень зла на него. Я поворачиваюсь и снова начинаю просматривать полки, пытаясь определить, у каких книг больше всего складок, указывающих на то, что они самые любимые.
Наконец, я добираюсь до раздела всех классических авторов. Джейн Остин, Чарльз Диккенс, Шекспир, Эдгар Аллен По, у любого автора, которого вы могли бы назвать, вероятно, есть здесь по крайней мере одна книга.
— Я шокирована, что ты вообще умеешь читать. — Я выплевываю, продолжая просматривать классические книги передо мной. Он хихикает.
— Такая порочная женщина. — Я поворачиваю голову и смотрю, как он приближается ко мне. Он наклоняется надо мной и хватает книгу по крайней мере с трех полок выше, чем я могу дотянуться. Его аромат сандалового дерева и сосны окутывает меня. Восхитительный аромат. Его голубые глаза холодны, но не так, чтобы казаться опасными, а так, чтобы чего-то жаждать. Чего-то большего, чем то, чему он был свидетелем в своей жизни. Мне слишком хорошо знаком этот взгляд.
Азра протягивает мне книгу, которую он схватил, и выводит меня из транса.
— Может быть, начать с чего-нибудь вроде этого. Когда-нибудь тебе придется освоить новые техники, чтобы владеть одним из них. — Он кивает в сторону кинжала, который поймал мой взгляд.
— Древние боевые стратегии, — читаю я название вслух. Бросив на него неприязненный взгляд, я прищуриваюсь. — Я прекрасно справляюсь в бою, спасибо. — Протискиваясь мимо него, я бросаю его неудачную идею шутки на кофейный столик посреди гостиной. Как раз перед тем, как я выхожу за двери, Азра окликает меня.
— Между прочим, это ангельский клинок.
Я поворачиваюсь на каблуках и приподнимаю бровь. Теперь мое любопытство достигло пика.
— Ангельский клинок? — Спрашиваю я, скрещивая руки на груди, но пока не двигаясь к нему.
— Да, это единственное, что может убить ангелов. Это мой. — Он пожимает плечами и засовывает руки в карманы. Я оглядываюсь и, наконец, делаю шаг к нему.
— Значит, все, что мне нужно было бы сделать, это разбить это стекло, и я могла бы убить тебя? — Я останавливаюсь перед ним и смотрю вверх сквозь ресницы. Все кричит мне, что теперь это план, как выбраться отсюда, но совсем другое чувство согревает мои щеки от того, как он близко.
— Ты можешь попробовать, стекло защищено магией. Не откроется никому, кроме меня. — Его идеальные зубы сверкают, когда он улыбается мне сверху вниз. Мой желудок теперь скручивается узлом от холодка, пробегающего по спине.
— Кто твой любимый автор?
Я усмехаюсь и отступаю на несколько шагов:
— Почему тебя это волнует? — Я благодарна за внезапную смену темы, не зная, как долго я бы продержалась под его пристальным взглядом.
