В лагере полукровок царят жестокие порядки. По воле богов там устраиваются Игры, во время которых избранные трибутами полубоги сражаются на арене насмерть. Главному герою Перси Джексону не посчастливилось стать участником таких игр.
========== Вступление ==========
Меня зовут Перси Джексон, и я полубог. Не так давно я узнал, что мой отец Посейдон, бог морей, ― и, поверьте, лучше бы я об этом никогда не узнал! Я попал в лагерь полукровок за несколько дней до своего двенадцатилетия, ещё ничего не зная ни о том, кто я, ни о существовании такого лагеря, ни о действующих там порядках. Теперь мне почти четырнадцать, но тот злосчастный день, перевернувший всю мою жизнь, я прекрасно помню до сих пор.
В лагерь меня привёл мой лучший друг, на поверку оказавшийся сатиром. Едва ли не первым делом он повёл меня к директору. Директор ― Дионис или, как здесь его называют, мистер Д., потому что даже имена богов нельзя поминать всуе, ― мне сразу не понравился, и впоследствии я только убеждался, что он делает всё возможное, чтобы жизнь в лагере не казалась полубогам мёдом. Я ждал от него объяснений, но мистер Д. вёл себя со мною так, словно это я пришёл к нему неподготовленным на экзамен. Ситуацию спасал лишь мистер Браннер, он же Хирон. Видя моё замешательство, он растолковывал мне всё и к концу разговора одарил меня доброй улыбкой и сочувственным взглядом.
К тому времени меня уже пробрало холодом от осознания того, куда я влип: лагерь оказался самой настоящей ловушкой! Единственная свобода здесь ― придерживаться всех правил и беспрекословно исполнять приказы. Полубоги, попавшие сюда, уже не могут так просто покинуть лагерь, на это требуется особое разрешение мистера Д., а он на подобные щедрости чрезвычайно скуп. Их родители (я имею ввиду людей) порой даже не знают, что происходит с их детьми, и думают, что те просто не хотят возвращаться к ним.
Такая несправедливость глубоко возмутила меня, я почувствовал настоящую злость, но директор уже отвернулся от меня и как ни в чём не бывало продолжил игру в безик. Я мог хоть носиться по всему лагерю и орать во всё горло, чтобы меня выпустили, толку от этого не было бы никакого. Во-первых, невидимое ограждение надёжно держит полубогов внутри лагеря, а во-вторых, здесь меня быстро успокоили бы.
Впрочем, на ком выместить злость ― не вопрос.
Догнать Гроувера было нетрудно. Оставив меня на попечение Хирона и Диониса, он как-то слишком быстро и незаметно ретировался (тогда я ещё не знал, почему). Я застал его уныло бредущим по пыльной тропинке в обрамлении образующих негустой лес сосен. Я побежал к нему и схватил за плечо, разворачивая к себе.
― Кажется, ты говорил, что ты мой друг?
― Мэ-э, ― Гроувер всегда, когда волнуется, блеет по-козлиному. ― Перси, я действительно твой друг. Я не притворялся.
― Ты мог бы предупредить меня! Мог бы хоть что-нибудь сделать, как-нибудь намекнуть! ― я стал кричать на него, и мне было абсолютно наплевать, слышит нас кто-нибудь или нет. Гроувер то опускал, то поднимал на меня полный сожаления взгляд.
― Я не мог. Правда, не мог. Ты не знаешь, что они сделали бы со мной, если бы я не привел тебя сюда до того, как тебе исполнилось двенадцать, ― виновато проговорил он.
С Гроувером я со временем помирился, хотя неприятный осадок от его поступка остался в моей душе. Я понял, что он имел ввиду: сатиры обязаны сопровождать полубогов в лагерь. В случае невыполнения задания они точно знают, что им не поздоровится: насаженный на кол череп провинившегося сатира, выставленный напоказ, прекрасно отбивает всякую охоту к безделью.
Также я узнал о том, что здесь называется Божественными играми.
В могущественной власти богов не приходится сомневаться. Они зорко следят за тем, что творится в обществе людей, и не забывают держать в ежовых рукавицах собственных отпрысков. Периодически они устраивают Игры, будто в насмешку названные Божественными, которые, если говорить откровенно (что в нашем лагере непозволительная роскошь), следовало назвать попросту убийством детей. Боги же предпочитают именовать это турниром, соревнованием за право называться истинным полубогом.
У каждого бога есть в лагере свой Дом, в котором живут его дети. Всего жилых Домов двенадцать, но есть ещё тринадцатый, пустующий. Он принадлежит Дионису. Однажды Дионис чем-то сильно разозлил Зевса и был изгнан с Олимпа, но об этом у нас не принято говорить. С тех пор мистер Д. наш директор. Может быть, для людей и полубогов быть директором ― это почётно, но для бога это унизительно. Вдобавок ему запрещено покидать лагерь до тех пор, пока Зевс не помилует его.
За несколько дней до очередных Игр происходит жеребьёвка, во время которой избирается по два трибута из каждого Дома, ― парень и девушка. Победителей тоже двое, но они не обязательно должны быть из одного Дома. Конечно, иногда случается так, что все парни или девушки погибают слишком быстро и тогда выигрывает один трибут, но это уже богам в вину не вменяется. Победители награждаются особыми правами и почестями ― разумеется, если они к тому времени сохраняют здоровый рассудок.
