‒ Я думал об этом уже некоторое время. Я стал сильно полагаться на твою щедрую помочь и советы, и с моей стороны неправильно продолжать это. У тебя есть жизнь на поверхности. Как минимум, у тебя там сыновья. Совесть грызёт меня изнутри за то, что удерживаю тебя здесь.
Он думал, что мне не нравится здесь? Он думал, что я остаюсь из чувства долга?
‒ Аид, я не хочу быть ни в каком другом месте. Я счастлива в твоём царстве. Рядом с тобой.
Он покачал головой.
‒ Это ловушка этого места… Здесь ты чувствуешь себя счастливее, чем на самом деле. Здесь ты прячешься от своей настоящей жизни, и я не могу позволить этому продолжаться. Тебе нужно вернуться на Олимп. Вернуться к своей семье.
Я так стремительно вскочила, что стул опрокинулся, едва не ударив Аида по ногам.
‒ Я не обязана делать то, чего не хочу. А я не хочу уходить.
‒ Гера…
‒ Нет, выслушай меня, ‒ перебила я. За все годы нашего существования я никогда не разговаривала с ним в таком тоне, но не могла остановиться. ‒ Я люблю тебя. Я люблю тебя сильнее, чем кого-либо когда-либо любила. Быть с тобой… Быть здесь рядом с тобой, править вместе Подземным царством ‒ это моё желание. Это то, что даёт мне смысл жизни. То, что делает меня счастливой. Ты не можешь отнять это у меня.
Его лицо смягчилось.
‒ Гера, я ничего у тебя не отнимаю. Мы останемся друзьями, и ты сможешь приходить сюда в любое время. Я просто не могу больше обременять тебя…
‒ Ты не обременяешь меня, ‒ слёзы жгли глаза. ‒ Пожалуйста. Позволь мне остаться. Не женись на ней, кем бы она ни была…
‒ Персефона, ‒ тихо произнёс он, и я застыла.
Персефона. Дочь Деметры. Так вот что имел в виду Зевс. Это всё его затея. Он знал о моих чувствах к Аиду и придумал, как нас разлучить. Как забрать его у меня навсегда. И оставить меня одну, без какой-либо поддержки.
Отчаяние нахлынуло на меня, и каждая клетка моего бессмертного тела горела от боли. Не отдавая себе отчёт, я подалась вперёд и прижалась к его губам, вложив в поцелуй всю страсть, всю свою любовь, всю себя. Я не могу его потерять.
На одно прекрасное мгновение Аид положил ладонь на мою щеку, но не стал отвечать на поцелуй. Я и не рассчитывала на это, пока он не будет готов. Но ведь когда-нибудь будет, и когда этот день настанет…
‒ Гера, ‒ прошептал он, его губы касались моих. ‒ Ты многое значишь для меня, но мы с Персефоной оба согласилась на это. Когда она станет совершеннолетней, мы поженимся.
‒ Но ты ведь даже не знаешь её.
‒ Знаю, ‒ мягко ответил он. ‒ Я часто бываю на Олимпе. Возможно, между ней и мной нет такой близкой дружбы, как у нас с тобой, но ты жена моего брата, и если бы наши отношения вылились в нечто большее…
‒ То что? Он бы разозлился? ‒ я вытерла глаза. ‒ Совет бы раскололся? Так уже слишком поздно, Аид. В совете давно нет единства.
Аид покачал головой и снова потянулся ко мне. Я сделала шаг назад, не давая ему коснуться, и он опустил руку.
‒ Совет в порядке, Гера. А ты нет. И я не могу допустить наши отношения, потому что это значило бы разрушить тебя окончательно. Верность и преданность ‒ это же твоя суть. Я с удовольствием приму второе как твой друг и безоговорочно отвечу тем же. Но не могу позволить тебе забыть про первое, ведь тогда ты уже будешь не ты.
Я уже в открытую рыдала.
‒ Зачем мне быть собой, если рядом никого не будет? Никто меня не любит…
‒ Я люблю тебя, ‒ тихо произнёс он.
‒ Не так, как я бы того хотела, ‒ голос не слушался меня, и мне пришлось моргнуть несколько раз, чтобы сфокусировать взгляд. ‒ Никто не любит меня так. Я одна. И я думала… Думала, ты это понимаешь. Думала, ты хорошо меня знаешь.
‒ Я знаю тебя, Гера. Правда, и именно поэтому не могу позволить тебе нарушить клятвы, каким бы мерзавцем ни был мой брат. Ты выше этого. Ты слишком хороша для нас. А мы тебя не заслуживаем.
‒ Вот только в одиночестве в итоге остаюсь я, ‒ из груди вырвался один-единственный всхлип, и вместе с ним вылетело моё сердце. ‒ Я не могу дать своё благословение.
‒ Понимаю, ‒ мягко ответил он. ‒ Я бы не посмел просить тебя об этом.
Его доброта только усиливала боль в моей груди. Я чувствовала, что теряю его, как бы он ни заверял меня, что всегда будет рядом. Очередное невыполненное обещание.
Но теперь, зная, что я не смогу быть с ним, я хотела только одного.
‒ Пожалуйста, ‒ прошептала я, ‒ пообещай мне кое-что.
‒ Что угодно.
Я взяла его ладонь и сжала её, пытаясь запомнить это ощущение.
‒ Я собираюсь сделать так, чтобы Зевс никому больше не смог причинить вреда. Ни мне, ни своим детям, ни человечеству, никому. И для этого мне нужна твоя поддержка.
На его лице мелькнула настороженность, но он уже пообещал мне что угодно и поэтому кивнул.
‒ Конечно. Чего бы это ни стоило.
Я шмыгнула носом и снова вытерла щёки. Он обнял меня, я уткнулась носом в его плечо в последний раз. Неважно, останусь ли я желанной гостьей в Подземном царстве, это всё равно уже будет не то же самое под пристальным взглядом дочки Деметры. Аид не сможет ответить на мои чувства, не поступив с Персефоной так же, как Зевс поступил со мной.
‒ Спасибо, ‒ мой голос был на грани шёпота. ‒ Я люблю тебя.
