Наконец стол опустел, и играющие сосредоточились в правой стороне зала, рядом со скрытым заклятием сияющей завесы огромным ящиком, куда заблаговременно были сложены призы. Дальнейшая суть игры была до смешного проста и напоминала одну из популярнейших детских забав.
Хозяин поворачивался лицом к толпе счастливо угадавших вино и выполнял роль «стрелы». Хозяйка – «зеркало» становилась спиной к публике рядом с призами, и действо начиналось.
– Какую награду ты отдаешь этому игроку? – бесстрастно или шутливо вопрошал Элегор, указывая перстом на жертву, неизвестную богине. (Разрешались лишь намеки на пол игрока, но шутки ради герцог часто опускал и их.)
– Вот эту! – Принцесса доставала что-нибудь из груды призов, и игрок получал из рук Хозяина и Хозяйки бутылку редкого вина, заколку для волос, брошь или какую-нибудь другую красивую безделицу.
Женщины повизгивали от восторга и тут же стремились примерить побрякушки, довольно улыбались мужчины, похваляясь друг перед другом «законной добычей». Взрослые боги, перебрав вина, радовались и развлекались, как дети. Веселые чертики плясали в глазах Элегора – щедрого Хозяина, оделяющего гостей. Вот обнялся с бутылкой ликера столетней выдержки «Лиенский миф» Рик, поигрывал брелоком Джей, Кэлер пристраивал на руку запястье с изумрудами, Рэт любовался перстнем с крупным бриллиантом, Лимбер рассматривал массивный кубок чеканного серебра…
В толпе игроков маячил и Энтиор, улыбаясь герцогу с ленивым невинно-доброжелательным видом. Ругнувшись про себя от досады на то, что придется чем-то оделить и этого ублюдка, герцог, указывая на принца, спросил у «зеркала» с наибезразличнейшим видом:
– Какой приз этому игроку ты изберешь, Хозяйка?
И мысленно загадал: «Пусть тебе, мерзавец, достанется какой-нибудь женский приз».
– Этот! – Богиня достала из груды призов небольшой свиток и прочитала: – Поцелуй с Хозяином праздника!
В толпе послышались смешки. Энтиор расплылся в довольной улыбке, слегка обнажившей клыки.
«Вот тебе и загадал! – в отчаянии подумал молодой бог, невольно вздрогнув. – Не повезло так не повезло!»
Ругая судьбу-злодейку и чувство юмора Сил, отвечающих за исполнение желаний, Элегор беспомощно застыл на месте, полный отвращения. Он просто не представлял себе, как можно поцеловать этого ублюдка даже в шутку!
Спас герцога мысленный шепот ехидной принцессы: «Герцог, ну что ты ломаешься, как девица на выданье. От одного поцелуя еще никто не умирал. Не смеши народ, не дай им почувствовать свою слабость! Иди!»
Словно очнувшись, герцог бросил в толпу:
– Никак не могу поверить своему счастью! – и со слегка вымученной улыбкой шагнул навстречу Энтиору.
Вампир улыбнулся жертве хищной и одновременно мудрой улыбкой матерого зверя, знающего, что добыче не уйти. Элегор снова замер, не в силах преодолеть отвращения, и тогда Энтиор сам приблизился к жертве. Молодой бог хотел было брезгливо отшатнуться, но утонул в бирюзовом льду глаз вампира и забыл о своем намерении. По телу прошла дрожь и начала разливаться сладкая истома. Каким-то жалким уголком сознания герцог еще успел подумать: «Так вот что чувствуют жертвы бога-вампира».
Энтиор был совсем близко. Запах лаванды, лесной свежести и крови коснулся ноздрей юноши, превратившегося в пленника бирюзового льда. Холеные руки с длинными ногтями легли на плечи Элегора. Казалось, поцелуй длился вечность, и герцогу хотелось, чтобы так оно и было на самом деле…
Наконец вампир улыбнулся и, разомкнув свои железные объятия, иронично вздохнул:
– Ах, герцог, как жаль, что в этой игре нет более интимных фантов, но мы можем продолжить по собственной инициативе.
– Не дождешься, – грубо бросил Элегор и намеренно брезгливым жестом утер рот тыльной стороной ладони.
Гости смеялись и аплодировали, пока молодой бог, сгорая от стыда и возмущения, возвращался на место Хозяина. Элегор бесился не от того, что ему пришлось по прихоти игры целоваться с мужчиной, – такие развлечения перестали смущать его уже лет двадцать назад, нет, герцог злился из-за того, что целовал именно клятый вампир. И самым позорным было то, что ему, ненавидящему хищного ублюдка, это понравилось. И герцог прекрасно понимал, что Энтиор с его опытом и чутьем тоже прекрасно осведомлен о чувствах, которые возникли у его жертвы. А иначе с чего бы это по губам вампира змеилась такая довольная улыбка? Да еще Элия, она хоть и делала серьезный вид, но Элегор отлично видел смешинки в ее глазах. Стерва!
Тряхнув головой, Элегор постарался прогнать неприятные мысли и насладиться процессом игры, тем более что ухмыляющаяся рожа Энтиора больше не маячила в толпе игроков. А фант «поцелуй Хозяина» из розыгрыша уже выбыл.
«Еще посмотрим, кому достанется твой поцелуй, леди Ведьма», – ехидно подумал герцог, выискивая взглядом в редеющей толпе претендентов рожу попротивнее. Как назло, смазливых мужиков было хоть отбавляй, но оставалась слабая надежда на то, что принцессе достанется дама. Впрочем, насколько мог припомнить Элегор, такого досадного казуса с Элией никогда не случалось, выручала профессия богини любви.
