И вот, буквально через несколько секунд перед ним стоял мальчик в золотой маске. На вид мальчику было не больше девяти лет, и он ничем не отличался от других детей. Разве что цветом кожи, волос, а так же дорогой одеждой с золотой вышивкой.
Друзья Пэпа уже давно отбежали от группы паладинов и вжались в стену дома, претворяясь пустым местом.
- Из-за того, что вы всего лишь куклы, я даже не могу посмотреть ваши воспоминания после поглощения. Вы бесполезны. Умрите спокойно, будьте добры, - вежливо попросил метаморф, мило улыбнувшись и слегка склонив голову в просьбе.
В руках мальчика появился чёрный огонь, а затем он сказал:
- Пламя Тартара.
И всех паладинов окутал страшное пламя, сжигающее плоть.
Через две с небольшим минуты от них не осталось даже пепла.
- П-пэп, ты заключил сделку со злом? – спросили дети, с ужасом глядя на своего друга.
- Нет! Это не так! – воскликнул ошарашенный мальчик.
Левиафан стоял и не отрываясь смотрел на детей, а затем из-за его спины показалось семь щупальцев. Одно из них разделилось ещё на четыре поменьше.
Шесть больших отправились к детям. Пэп с ужасом смотрел на это. Он думал, что им пришёл конец, однако…
- Возьмите их в руки, - приказал мальчик.
Никто не посмел ослушаться.
Четыре маленьких щупальца поползли к Пэпу. Первые два опутали запястья, а два других прислонились к вискам.
- Сейчас он расскажет вам одну историю. И если он будет лгать, вы почувствуете вибрацию, идущую от моих щупальцев. Верить ли мне и ему, решать вам, - спокойно сообщил Левиафан.
Пэп понял, что хотел сделать этот странный ребёнок.
- Расскажи им то, что рассказал мне, - попросил у него метаморф.
Пэп повторил свою историю про девочку из церкви ещё раз. Сначала его друзья сомневались, но затем поверили ему и простили.
Во время примирения друзей, с Левиафаном мысленно говорила Кира.
[Владыка, я извиняюсь за то, что лезу не в своё дело, но зачем вы это сделали? Вы могли бы просто съесть паладинов, тело того толстяка да и этих детей, тем самым увеличив свой энергетический резерв. Разве это не более логично?]
«Ты, бесспорно, права…», - мысленно протянул Левиафан, и из его рта показался раздвоенный язык. «Но я хотел понять, что есть человеческая «дружба». Это понятие слишком часто всплывало в воспоминаниях съеденных мною людей. Я просто не смог его игнорировать и не изучить. Однако у меня возникло лишь ещё больше вопросов…», - метаморф говорил ровно, но последняя фраза вышла немного задумчиво-разочарованной.
[Не понимаю], - заключила Кира.
«Они не поверили ему и обсмеяли. Они пошли за паладинами, а не сбежали. Они испугались меня и вместо того, чтобы вырвать своего «друга» из моих лап, вжались в стены, стараясь не привлекать моё внимание. Однако он даже не обратил на это внимание. Вот я бы, например, убил бы их ещё в тот момент, когда они бы мне не поверили…», - задумчиво протянул Левиафан.
[Я поступила бы точно так же], - согласно ответила Кира, за что метаморф был ей очень благодарен.
Щупальца вернулись к мальчику. Внезапно он подошёл к Пэпу и сказал:
- Примешь ли ты гордыню?
Он снял маску и посмотрел прямо в глаза Пэпу.
[Внимание! Владыка грехов проявил небывалую щедрость. Хотите ли вы принять дар владыки и стать последователем греха?], - сказал безэмоциональный женский голос.
- Ч-что?
[Требуется дать ответ.]
[Да] [Нет]
- Эм… Да!
Вдруг Пэпа окутал белый свет и он почувствовал, что его спину что-то сильно обожгло. Свет погас и Пэп содрал с себя кофту.
- Что произошло!? – испугано крикнул он.
- П-пэп, у тебя выросли крылья… Они белые и очень похожи на птичьи, а ещё ты стал более красивым и мускулистым, - ответили его друзья.
Пэп непонимающе смотрел на мальчика, и тот наконец-то заговорил:
- Меня не волнует, для чего ты используешь силу, данную мной. Просто знай, что однажды я могу позвать тебя, и ты не сможешь мне отказать, - безразлично бросил Левиафан.
Сказав это, мальчик снова превратился в птицу и взлетел.
- Стой! Как тебя зовут? – крикнул Пэп.
- Левиафан… - донёсся до него тихий шёпот.
В роскошном номере на дорогой кровати лежал мужчина с каштановыми волосами, которые опускались чуть ниже мочек ушей и еле-еле доставали ему до основания шеи. Кожаные доспехи и одежда под ними были порваны и испачканы в крови. В общем, этот человек совершенно не вписывался в номер, в котором он находился.
Медленно и осторожно мужчина открыл глаза. Ему далось это с большим трудом, поскольку голова у него болела ужасно, а яркий солнечный свет, проникавший в помещения через большие окна, нещадно его слепил.
Человек осторожно повернулся на бок, а затем, приложив колоссальные усилия, сел на край огромной кровати.
«Здравствуйте, вы меня слышите?», - раздался голос в голове Вескульда, а это был именно он.
Рассеянным взглядом рыцарь огляделся по сторонам, но никого не увидел.
«Я ближе чем вы думаете», - немного сочувственно, но в то же время насмешливо сказал голос.
