За все время пребывания Фокса в Америке только один раз местные власти хотели отправить его за решетку. Это случилось спустя несколько дней после его возвращения в Мэриленд, однако реформатор очень быстро завоевал расположение шерифа и был тут же выпущен на свободу, не понеся никакого наказания. Наступило Рождество 1672 года; зима выдалась очень суровой. Фокс и сопровождавшие его квакеры с трудом пробирались через глубокие сугробы, насквозь вымокали под ледяным дождем, спали на улице, а их вода замерзала даже возле самого костра.
В 1673 году дом, в котором гостил Фокс, сгорел дотла. В пламени пожара он потерял все свое имущество, включая одежду и книги. Но, тем не менее, до конца года Фокс продолжал путешествовать по Америке и проповедовать Слово Божье. Наконец, он осознал, что посетил практически все места, в которых мог побывать. Реформатор остался доволен общим духовным состоянием американских квакеров и почувствовал, что ему пора возвращаться в Англию.
Как только корабль, на котором находился Фокс, причалил в порту Бристоля, он отправил в Свортмур письмо Маргарет, где сообщал о своем прибытии и верности Богу. Получив письмо, она тут же отправилась навстречу к своему необыкновенному мужу, с которым не виделась уже более двух лет.
Фокс и Маргарет совсем недолго пробыли в Бристоле, отправившись в Лондон. Будучи там, реформатор почувствовал, что скоро снова окажется в тюрьме. Он попросил жену возвращаться в Свортмур, и та с явной неохотой согласилась.
Действительно, спустя всего лишь несколько дней Фокса арестовали и бросили в тюрьму. Казалось, что находиться в тюрьме было для него такой же Божьей волей, как для остальных - быть на свободе. Фокс с готовностью принимал свой жребий, оставаясь при этом непоколебимым в своей позиции. Как только он вышел на волю, власти тут же предъявили ему обвинение в отказе дать клятву во время судебных слушаний и снова отправили за решетку.
Здоровье Фокса было уже достаточно сильно подорвано, что заставило Маргарет перейти к решительным действиям. Она обратилась к канцлеру, который сказал ей, что Фокс может быть освобожден только тогда, когда его простит сам король. Это вывело реформатора из себя. Он сказал: "Я не могу принять чьего- либо прощения, зная, что не совершил никакого зла. Лучше я проведу в тюрьме остаток своих дней, чем выйду на волю таким непочтительным для истины способом".78
Уильям Пенн, известный лидер квакеров и основатель Пенсильвании, обладал в то время большой известностью и использовал все свое политическое влияние для освобождения Фокса.
Пенн являлся убежденным сторонником Фокса. Он был
сыном адмирала сэра Уильяма Пена и находился в Ирландии, управляя поместьем отца, когда принял учение квакеров. Отец-адмирал имел для сына грандиозные планы, поэтому его решение стать квакером разбило отцовское сердце. Все мечты адмирала оказались рассеянны как утренний туман. Он даже и представить себе не мог, что Бог имел для Уильяма особый план, благодаря которому тот стал настолько знаменитым, что превзошел его самые смелые ожидания. Пенн вошел в историю, убедив Чарльза II (который был должен деньги его отцу) основать в Америке колонию исключительно для свободного проживания там квакеров. Король удовлетворил эту просьбу, а Пенн простил ему долг; новая же колония получила название Пенсильвания.79
Влияние Пенна, а также бесчисленное количество писем от квакеров со всей страны, в конце концов, убедили магистраты позволить Фоксу выступать перед судами, заявляя, что он не вынашивал никаких зловещих планов против государства во время своих миссионерских путешествий. Однако после того как Фокс отказался принести клятву, он снова попал в тюрьму.
Маргарет пребывала в отчаянии. Состояние здоровья Фокса продолжало вызывать серьезные опасения, и она боялась, что больше никогда не увидит мужа. В конце концов, после многочисленных обращений в высшие инстанции, судья заявил, что при рассмотрении дела Фокса были допущены многочисленные ошибки, благодаря чему реформатор был выпущен на свободу.
Когда Фокс возвратился в Свортмур, его здоровье было настолько ослаблено, что он даже не смог посетить ежегодное собрание, которое прошло вскоре после его освобождения. Тем не менее, Фокс написал обращение к участникам собрания. На протяжении двух лет он безвыездно находился в Свортмуре, все свое время, посвящая написанию различных трактатов и памфлетов.
Хотя Фокс этого так никогда и не признал, но настолько привычный для него образ жизни странствующего проповедника подошел к концу. Теперь, отправляясь в путь, он должен был идти очень медленно и часто останавливаться для восстановления своих сил.