Спокойное летнее утро выходного дня. Серые панельки многоэтажек постепенно оживают, наполняясь мелодией городского шума, редкие прохожие сонно прогуливаются по пустынным улочкам, а в бирюзе чистого неба пробиваются первые солнечные лучи. Великая провинциальная безмятежность. И лишь водитель старенького тёмно-бежевого фольксвагена, припаркованного на проезжей части, бегло озирается по зеркалам заднего вида. Юноша заметно нервничает, тарабанит пальцами по рулевой колодке и не глушит мотор, надеясь, что в скором времени навсегда покинет этот город. Спустя несколько минут его жизнь больше никогда не будет прежней, впрочем, молодому человеку всё же выпадет шанс на спасение, возможно самый последний из всех предыдущих. Стоит только им правильно воспользоваться и вновь обрести личную свободу.Содержит нецензурную брань.
Мало кто встаёт в такую рань – разве что всякие упоротые спортсмены в салатовых шортиках, обтягивающих ягодицы, и те, кого не отпустила скорость прошлой праздной ночи. Потому идея ехать за сорок километров из Москвы в область молодому человеку сразу не понравилась, но повлиять на остальных он не мог в силу довольно юного возраста, тем не менее, разрешавшего парню водить старенький «фольксваген транспортёр» самой дешёвой комплектации. С первого взгляда тёмно-бежевый микроавтобус ничем не выделялся в потоке прочих автомобилей, но при детальном рассмотрении имел вполне себе отличительную черту – окна в задней части автомобиля отсутствовали, хотя и имелись характерные панорамные силуэты в затёртом стальном корпусе. «Разве что мешки с картошкой развозить или другую сельхозпродукцию, но не людей же», – размышлял паренёк.
Молодой водитель микроавтобуса выглядел угрюмым, слегка заспанным и непомерно суетливым, озираясь по зеркалам заднего вида и ковыряя грязными ногтями кожаную оплётку на руле. Его старший брат с троицей дружков минут пять, как ушли и никак не возвращались, чем изрядно беспокоили юношу. Как и от него требовалось, молодой человек не глушил мотор, тарахтя цилиндрами и заполняя спальный район вечнозелёного города отборной выхлопной дрянью. Лето выдалось жарким и довольно спокойным, совсем без ветра, потому жителям близлежащих панельных девятиэтажек хорошо слышался тот надоедливый грохот и завывание дряхлых приводных ремней, а с учётом того, что на автомобильном проспекте фольксваген находился в совершенном одиночестве, то и замечательно виделся. Чем пугало парня ещё сильнее.
Вместе с тем, пока юный водитель пытался прикурить, неумело чиркая барабаном зажигалки, через открытое окно в салон автомобиля ворвался первый нежданный поток ветра. Хорошенько потрепав светлую паклю и без того взъерошенных волос, вихрь поднял обрывки конфетных фантиков в воздух, кружа ими вальс, и даже затушил долгожданный огонь, так необходимый заядлому курильщику. Вдоволь наигравшись, ветер так же стремительно исчез в тишине раннего воскресного утра, будто его и не было вовсе. Но тот порыв стал таким освежающим и долгожданным, что парень невольно улыбнулся. Наконец, затянувшись сигареткой, водитель опёрся локтем в щель отрытого окна, придерживая голову костяшками кулака, а указательным пальцем ковыряясь в русых прядях, блаженно выдувая плотные струйки дыма. Юноша продолжал нервничать, но теперь как-то рассудительней, философски, что ли, как могут только взрослые, понимая, что ничего не могут изменить в сложившейся ситуации. Почувствовав нечто ползущее и довольно мерзкое в области макушки, молодой человек сунул пятерню в густые заросли, стараясь быстрее избавиться от причины неприятных ощущений, как выудил из шевелюры красный овал жёсткого панциря в жирную чёрную точку.
Божья коровка – единственная жукообразная букашка, способная вызывать неподдельный восторг или хотя бы снисходительное умиление в любом возрасте. Такая красивая и беззащитная, при встрече с человеком обязательно спрячет к телу лапки, словно укрываясь в спасительную норку. «Мол, посмотри какая я маленькая, меня и трогать не с руки». Казалось бы, безобидное существо, но имеющее свой особенный инстинкт убийцы. Она безжалостный хищник, пожирающий тлей и прочих мелких насекомых, а в случае тревожной опасности, когда соперник намного больше в габаритах, выделяет капельки едкой гемолимфы оранжевого цвета, благодаря чему становится несъедобной для большинства позвоночных. Если для сильных членистоногих – жучок всего лишь очаровательная картинка, то для более слабых – серьёзная опасность, встреча с которой обязательно предзнаменует гибель. И лишь размеры твоего тельца определяют на какой стороне ты – жертвы или безучастного свидетеля.
Заинтересовавшись непрошеной гостьей, юноша бережно переложил божью коровку на раскрытую ладонь, давая букашке время прийти в себя. Спустя минуту жучок боязливо, как бы прощупывая почву, выставил мохнатые лапки, опираясь на тёплую кожу. Поочерёдно размяв конечности, насекомое разделило красный панцирь на две половинки, освобождая хрупкие коричневые крылышки, но затем, спрятало их назад, отказываясь улетать. Вместо того, божья коровка спешно поползла вперёд к пальцам руки, перебирая кривыми ножками и исследуя незнакомый ей ранее мир. Водитель микроавтобуса медленно водил рукой, то поднимая ладонь, то переворачивая её, продолжая тем самым бесконечное движение насекомого вперёд. В лучах утреннего солнца она была особенно прекрасна, будто чудесная находка, готовая до конца сопровождать своего нового товарища. «Не зря же говорят, что божья коровка прилетает только к тем, кому сопутствует удача. А она мне, ой как понадобится».
