Капитан приказал развернуть судно так, чтобы шторм обрушился на нос. То тут, то там раздавались предостережения, свист, крики, трезвонили звонки.
— Что случилось? — спросил Сенд. Гнев, охвативший его, уступил место тревоге.
— Метеорит, — сказал Сэмшоу. — Огромный.
Фронт урагана накрыл корабль спустя семь минут после того, как Сэмшоу увидел падение в море огненного шара.
«Дискаверер» упал в пропасть между двумя волнами, а потом взлетел над водой. Нос судна устремился в чёрное небо. Сэмшоу и Сенд крепко вцепились в поручни мостика. На их лицах застыли напряжённые улыбки. Команда трудилась вовсю, стараясь, чтобы корабль не потерял управление, а капитан, не отрываясь, смотрел вперёд.
— Мне приходилось бывать в худших переделках, — пытался перекричать стихию Сэмшоу.
— А мне нет, — выкрикнул в ответ Сенд.
— Я чувствую себя хмельным от восторга. Настоящая экзотика — высший класс. Увидеть, как метеорит упал в морские воды и что из этого вышло… Стоит сообщить на берег.
— Кто напишет отчёт?
— Мы вдвоём.
— Я отключил оборудование, обнаружив аномалию. Когда прояснится, надо будет сделать ещё один заход.
«Дискаверер», подумал Сэмшоу, выстоит. Непогода вскоре вновь сменится тишиной. Он ничуть не сомневался в этом. Лишь только ливень начал стихать и волны уменьшились, Сэмшоу пошёл в каюту, чтобы записать все факты, цифры и уравнения, необходимые для понимания происшедшего. Сенд, шатаясь, как пьяный, направился по коридорам и лестницам вниз. Проходя мимо Сэмшоу, он успел сказать, что хочет опять проверить проклятые гравиметры.
На следующий день, когда пришла их очередь передавать по радио сообщение в Ла-Джоллу, учёные все ещё не пришли к окончательным выводам.
Больше всего их занимало одно явление: все три гравиметра зарегистрировали «пик» одновременно. Падение метеорита не могло вызвать такого отклонения. Предназначенные для работы в самолётах, на кораблях, гравиметры не реагировали на удары даже большей силы. Да и кроме того, метеорит упал в море уже после того, как график изменился.
Сенд составил список возможных гипотез и показал его Сэмшоу, когда они остались наедине.
— Все очень просто, — сказал он за завтраком. Они сидели на камбузе, и перед ними стояли тарелки с рубленой солониной и поджаренным белым хлебом. — Я сделал некоторые расчёты и сравнил три графика. Установки расположены слишком близко друг от друга, чтобы нам обращать внимание на показания каждой из них. Но я взял числовое выражение каждого пика и обнаружил очень незначительный временной интервал между ними. Объяснение этому лишь одно. Анализируя явления, связанные с приливом и отливом, и делая поправку на поведение корабля как гравитационного объекта, график указал на объект массой около ста миллионов тонн, пронёсшийся над установками по кривой.
— И откуда появился этот объект? — рассеянно спросил Сэмшоу.
— Непосредственно с севера, я полагаю.
— Где он упал?
— В сотне или в двухстах километрах отсюда.
Сэмшоу обдумал слова коллеги. Чем бы ни оказался огненный шар на самом деле, но он не тянул на сотню тонн и уж никак не на сто миллионов. Если бы над кораблём действительно пронеслось небесное тело размером с гору, то оно, упав в воду, расплескало бы Тихий океан, словно кофе в чашке.
— Ну, хорошо, — сказал Сэмшоу. — Проигнорируем показания графика. Будем считать, что имеем дело с обычной аномалией.
— Обычной — на всех трёх гравиметрах? — спросил Сенд, саркастически ухмыляясь.
