Мальчик ничего не ответил, лишь крепче прижав к себе колени.
Выдержав паузу, святой Отец, преисполненный благородства и терпения, произнес:
— Мать сказала, ты снова видел кошмары. Правда видел?
Тот неторопливо покачал головой, не поднимая.
— Ты плакал. Настолько страшными они были?
— Мама сказала, что это просто страшные картинки. И мне не нужно их бояться.
— Она права. Но мы не обязаны оправдывать свои страхи. Если тебе страшно, можешь рассказать мне все.
Мальчик приподнял голову, и святому Отцу открылось нежное пухлое лицо мальчика лет шести. Он был еще так юн, но его взгляд так четко выражал понимание и зрелость. Бирюзовые глаза не отважились подняться с пола, несомненно, ночные кошмары терзали его не слабее, чем боль от разлуки с любимой бабушкой. Отец Питер с грустью вздохнул, ребенка бы и не пришлось забирать из полюбившегося ему дома в деревеньке, которая еще меньше чем Аврел, если бы его бабушка не скончалась от старости.
— Алан, расскажешь мне, что тебе сегодня снилось? — более ласковым тоном спросил мужчина. И мальчик качнул головой.
— Страшный монстр. Он рычал на меня и пытался поймать. Я бежал так быстро, но не мог убежать. Его руки почти достали меня, такие черные, длинные… И… Страшно воняющие.
Отец Питер молча глядел как тот с дрожью вспоминал ночные кошмары. Алан поднял уставший и испуганный взгляд.
— Глаза голубые, как две лампочки. Я вижу их каждый раз как засыпаю. Папа, я больше не хочу видеть этого монстра. Это слишком страшно.
Мужчина протянул ему ладонь распрямив пальцы.
— Идем, у меня есть кое-что для тебя.
Алан взялся за протянутую ладонь, и мужчина помог ему подняться. Вместе они прошли сквозь зал в кабинет священника за алтарем, там же по совместительству спальную, находящуюся за закрытой дверью. Оказавшись перед деревянным красноватым столом, Алан наблюдал, как Отец Питер берет из шкатулки свернутый белый платочек. Подойдя к мальчику, он присел на колени и стал разворачивать, показывая тому содержимое. Это оказался серебренный крестик на тонкой цепочке, однозначно очень красивой ручной работы.
Положив платок обратно на стол, Отец Питер одел цепочку мальчику на шею.
— Что это?
— Оно убережет тебя от ночных кошмаров. Тебе больше не придется бояться этих монстров. Но постарайся не показывать маме.
— Почему?
Отец Питер промедлил, прежде чем ответить.
— Просто пообещай мне хорошо его прятать, но всегда носить с собой. Хорошо?
— А если… Монстры все равно придут во сне?
— В таком случае, приходи ко мне. Что же… А теперь позвоним твоей матери, чтобы она забрала тебя.
— Я не могу остаться здесь?
Отец Питер бросил взгляд на мальчика.
— Прости. Но тебе лучше вернуться домой.
Тот, смирившись с тем что его заберут, молчаливо обошел стол и сел в кресло святого Отца.
Спустя некоторое время у церкви припарковался коричневый пикап. Из него выскочила молодая женщина, ее русые волосы были чуть короче плеч и волнистыми прядями путались меж собой. Быстрым шагом она зашла в церковь и увидев сына тут же махнула ему рукой.
— Алан! Почему ты опять сбежал?!
Тот сидел на скамейке и рядом с ним стоял Отец Питер. Мальчик ничего не ответил, встретив мать равнодушным взглядом.
— Алан, иди в машину. Бегом! — громко скомандовала она, показав в сторону машины, и тому оставалось только подчиниться.
Остановившись, смотря ему вслед, женщина поставила одну руку на пояс, а другой провела по лицу. Вид у нее был измотанный, но она старательно пыталась не подавать виду. Раздался хлопок двери машины и, вместе с ним, тяжелый вздох святого Отца.
— Он еще не успел привыкнуть к городу. Прошло всего пара дней, не надо было заставлять его идти в школу.
Женщина кинула на того прищуренный взгляд, полный недоверия.
— Вот не тебе все это говорить!
— Ребенок пережил утрату. Ему постоянно снятся кошмары.
— А то мне не знать! Заткнись, Питер. С чего ты вообще решил, что можешь мне что-то советовать? Я его мать, а ты… — она нервно взмахнула рукой, показав на окружающие их своды церкви. — Занимайся тем, чем занимался тут все это время. Помогай… Старикам попасть на путь милосердия, твою мать.
— Анна! — громко прозвучал голос Отца Питера, отразившись от стен и став в два раза громче. — Он так и продолжит сбегать. Прислушайся к нему, пока не поздно.
Женщина обернулась.
— О да. В этом он очень похож на тебя.
Развернувшись, Анна погарцевала к машине, оставляя в церкви громкий гул от ударов каблуков. Отец Питер тяжело вздохнул, взявшись за священную книгу как за амулет, позволяющий, привести в порядок мысли и чувства.
До дома было не так и далеко, проехав мимо школы, скоро они доберутся до маленького, двухэтажного, красного домика.
— Почему ты убежал? — ласково, прозвучал голос Анны, как и должен звучать голос матери.
Мальчик пожал плечами.
— Не ответишь?
Он вновь повторил движение.
— А у бабушки ты тоже часто убегал?
И снова тоже движение. Алан глянул на пятиэтажный дом, мимо которого они проезжали, и опять перевел на бардачок.
— Бабушка позволяла играть где захочется.
