— Прости меня, — выдохнул Никита. — Это не то, что ты должна была получить от меня на... этой прогулке.
— Но я хочу... — широко распахнутые от страха глаза с вызовом смотрят на него.
[О чем это ты?]
— Этого?.. — уточнил Никита, его голос дрожал, как у пятнадцатилетнего подростка.
— Д-да.
У нее что, начали зубы стучать? Тепло же.
— Почему?
— Лучше с тобой.
— И больше никто?
— Нет.
Со стороны, наверное, их разговор был похож на неправильно склеенный диалог из обрывков пущенного на утиль сценария. Но они друг друга прекрасно понимали.
— Тогда... ага, — Никита быстро нервно закивал, словно это он с собой соглашается, а не с девушкой. Ксюша, от волнения, прижала руки к груди.
В конце концов, он же об этом давно мечтает! Ежедневные тренировки по два, а то и три раза в день... Вот так неожиданно? Да не сказать. Если считать все совместные обеды с Ксюшей в столовке за свидания, то они уже встречаются давно. Правда, ни разу не целовались.
Ту-дум, ту-дум, ту-дум!..
Сердце выскакивает из груди.
Они поднимаются на лифте на этаж, где находится квартира Ксю. Это сейчас произойдет?.. Хорошо, что у нее... А не то его берлога повергнет в шок даже тараканов...
— Вот, заходи... — девушка растворила перед ним дверь, лицо краснючее, как помидор.
[Целенаправленный трах... Цель — трах.]
Внутри было тесненько, но чисто и уютно. Пахло настоящей вкусной едой.
— Хочешь есть?
— Да, можно, — теперь Никита хотел оттянуть то, что должно произойти, хотя в штанах от мысли об этом нарастало дикое напряжение. Ему пришлось сомкнуть руки перед пахом, чтобы это не стало заметно.
— Фкуфно...
(...)
Комната. Так быстро? Он не готов!..
...И почему у них обоих мокрые волосы и пахнут шампунем? Он настолько был взволнован, что душ начисто стерся из его памяти?
— Ты покраснел, — поделилась Ксюша.
— Ты тоже.
Они сидят рядом на кровати, и смотрят на закрытые голубые шторы.
— Выключить свет?
— Не знаю.
— Хочу видеть тебя.
— Ладно.
Ее рука дотронулась до его руки.
Дзыыы!..
Ксюша отпрянула от его конвульсивной реакции, а затем осторожно повторила это действие снова, словно усмиряет зверя.
Дзыыы!..
[Держись, держись, держись!]
Сколько он раз представлял это?
[Сделай что-нибудь, не сиди, как дятел!]
Он выглядит так глупо — одна рука в руках Ксюши, вторая облокотилась о кровать, в штанах раскинута палатка.
[Бляааать! Еще, нахуй, поцелуй мне руку!]
[Что? Нет? Это твой фетиш?]
Девушка приложила руку Никиты к своим губам.
Дзыыы!..
Тук, ..., тук.
Его сердце даже удар пропустило от шока.
[Я принц Чарминг, или святой отец? Кто тут вообще ведет?]
— Ссстой, — Никита осторожно вынул свою руку из захвата Ксюши. Это уже был перебор. Такого боготворения, он уж точно недостоин.
— Прости, — Ксю испуганно и вместе с тем виновато смотрела на него.
— Д-давай я, хорошо?
Он опять заикается!..
— Угу, — Ксюша напряженно поджала губы.
— П-подними руки, — попросил ее Никита.
Девушка повиновалась. Дрожащими руками, Никита стал стягивать с нее платье. И вот...
— Угм...
Под ним не оказалось ничего.
[Помилуй мя грешного...]
Сцепив ручки в замочек, Ксю жарилась под взглядом Никиты, как гриль на вертеле. А он не мог прекратить изучать ее. Это было даже нечестно, потому что сам-то полностью одет. Никита протянул руку, и осторожно дотронулся до покрывшейся мурашками груди девушки.
Дзыыы!..
Он отдернул руку.
— Ребенок, — тихо сказала Ксю.
— Что?
— Не мужик — ребенок, — уточнила девушка. — Ты.
— Да?
[Ну я и идиот.]
Никита не знал, как себя вести дальше. Начать самому раздеваться?.. Но тогда столько много его кожи откроется для трогания.
— Можно? — Ксю приподнялась на коленях, прижав руки к груди, отчего те вызывающе приподнялись. Она приблизилась к нему.
Кажется, еще мгновение, и треск в его штанах услышит весь район.
Он просто кивнул, не в силах выдавить ни слова. И вот ее лицо прям рядом с его лицом, грудь уперлась в его грудь.
Дзыыы!..
[Горячая...]
Даже сквозь футболку он ощущает жар, исходящий от нее.
А дальше — Ксю поцеловала его. Никита не умел целоваться, так как раньше не приходилось, поэтому девушка делала с его ртом то, что она считала нужным.
Дзыыы!
Дзыыы!
Дзыыы!..
Она облизывает его губы, проникает языком в его рот... Так мокро... и горячо. Легкие пальчики подлезли под футболку, и гладят его талию, колено уперлось между ног.
Дзыыы!..
[Уаааа-ааа!.. Я не могу это выдержать!]
— Подними руки, — попросила Ксю, не отпуская талии Никиты, словно боялась, что он сбежит.
Что говорить, он был от этого недалеко. Он медлил.
— Я тебе помогу, — и он ощутил, как футболка стала задираться на нем. Вскоре она валялась на полу рядом с платьем Ксю.
Потом девушка опустилась на пол, и встала на колени перед ним, руки вцепились в резинку штанов.
[Уа-а-а...]
[Я так больше не вынесу!]
[Мама, спаси меня-а-а!]
[У меня нет мамы!..]
[Государственные органы опеки и попечительства России, спасите меня-а-а-а!]
Она попыталась снять их, но кажется резинка за что-то зацепилась. А когда Никита ощутил руку Ксю у себя в трусах, которая аккуратно придерживала его, чтобы беспрепятственно снять последние остатки одежды, то он подумал, что сойдет сума.
[Ух-ух-ух...]