— Вам что-нибудь подсказать? — продавец мгновенно приковал взглядом «спиралей» новых посетителей.
— Мы только...
Так-так, галстучки.
— Во! — он указал на идеальный для подарка Справочнику голубой галстук.
— Ваш ребенок отлично разбирается в стиле!
[Молодца, продаван, дави их жестче.]
Но мы... — галстук уже лежит на прилавке перед Салной и ко.
— Дяй! — Никита постучал ладошкой по карману, раздался звон звездных монет, который ни с чем не спутаешь. Глаза торговца откликнулись азартным блеском.
— А он и деньги взял... Он что, гений?
— Эээ...
— Дяй! — звяк!
— Ну, это... Хорошо, сколько мы должны?
— Две звездных.
— Две звездных?!
[Две звездных?!]
— Две звездных... но, раз покупатель такой юный, отдам за одну.
Галстук оказался у Никиты. Правда, нянька заплатила своей собственной звездной монетой, что прям очень выбесило.
— Ня! Ня! Ня! — ему даже удалось вытащить свою монету и протянуть Салне.
— Господи, какой благородный молодой человек, — растаяла Сална, и хрен взяла его монету, лишь обслюнявив лицо.
[Чтоб тебя!]
С выбором для Сиов оказалось посложнее. Он знает, что девочка обрадуется всему, что он ей ни преподнесет, но хочется, чтобы это было что-то особенное. Цель — Сиов. Любит птиц, снег и деревья... и одного младенца...
...Что это такое? Магазик с непонятными побрякушками? Лошадка — туда! Лавка оказалась до треска в стенах забита всяческой противоречащей друг другу мелочью. Непонятно для какой аудитории она была предназначена, но интересных вещей там хватало. Тетка Сална и подруги тоже заинтересовались содержимым этого блоховника. Спустя пять минут изучения товара, Никита обнаружил то, что ему нужно.
— Во! — он указал на браслетик с крыльями. Судя по виду — вещь дешевая, так как состоит из резинки и прикрепленных к ней деревянных крыльев.
Спустя примерно с сотню «дяй» и столько же похлопываний ладошкой по карману с монетами, браслетик оказался у него. И опять бесплатно. Однажды, он поймает тетку Салну и засунет свой долг поглубже ей в карман, вот так.
Подарки у него, и надежно закопаны в солому под его попкой. Следующий этап — Хромая курица, где уже готов пир для него. Про это он узнал от тех же кормилиц, которые треплются при нем, считая, что мозг Никиты — просто розовое желе. Никите даже было интересно, что за тусовка может готовиться для младенца? Его встретят кормилицы, фонтанирующие молоком из своих бидонов, как шампанским?
Да... День его рождения. Это тринадцатое число месяца Азоры, ее самой — Богини судьбы. Всего в году присутствует тринадцать месяцев, столько же, сколько существует Извечных Богов. Тех, которые были всегда, в отличии от местных перевоплощенцев. В Бож, конечно, существуют и Древние, тысячелетние и «болеелетние» Боги, но до Извечных им, как Никите до первого подходящего ему презерватива.
Про все это он пока еще недостаточно знает, но как-нибудь точно всем разберется.
(...)
Приперлись все. Ну, конечно.
[Староста, ты еще жив?]
Староста еще был жив, наверное... Спорный момент.
Тетка Арн, потрясающая бицепсами и буферами, одинаково могучими, объявила его Днюху открытой. Никите показалось, или нет, но будто бы, по большей части, дело тут вовсе не в нем, а в поводе для селян развлечься. Он был не против этого, потому что быть благодарным стольким людям, он просто не вынесет. Его душу и без того уже вывернули наизнанку три его, с позволения сказать, дамы, просто своим существованием рядом с ним. С него хватит Азы, Сиов и Грай. Все.
Этап номер три. Помучив немного Никиту чужими объятиями и поцелуями, Аза потащит его к Грай, где, в тесном кругу самых близких, они с Сиов и собираются преподнести ему свои подарки. Пока они с Азой мучаются в Хромой курице, Сиов и ба Грай готовят праздничный ужин.
Поехали.
— Бо! — Сиов встретила Никиту и Азу одетая в легкое платье, которое он видит впервые. Крылья на спине, плохо скрываемые тонкой тканью, сильно выпирают.
[Сиов!]
Никита обнимает девочку, одевшуюся ради него так. В гостиной его встретил стол, каких этот дом при нем еще не видал. Жаль, что все это он не может есть. Но Никита уверен, что ба Грай приготовила для него особое пюре, может даже ягодное.
— Ну-с... — Аза начала, когда они уже все уселись за стол. Справочник совершенно точно ощущает себя очень неудобно. Она такая же, как сам Никита, избегающая слов на букву «л». — Кое кто у нас тут сегодня... стал больше, чем вчера, угу... Короче, с Днем рождения, Бо... — она взяла сверток, тут же сунутый ей под столом ручками Сиов. — Кажется, ты уже заслужил.
Перед Никитой на столе оказались маленькие голубые трусы.
Да ну...
[Это мои собственные?..]
[Мои собственные трусы?!]
[С-с... спасибо, Аз!]
Никита полез к Справочнику, чтобы задушить ее собственными ручками, и та не стала сопротивляться, подставив свою шею для его благодарности.
[Л...]
Дз!
Дз!..
— С Днем рождения, Бо! — теперь Сиов. — Это тебе от меня!
Совушка вручила ему вязаные тапочки! Работа ба Грай, он видел, как она вяжет их.
[Спасибо огромное!]
Никита попытался одеть обновку, но у него ничего не вышло, и Сиов помогла ему. Он обнимает девочку.
[Теперь моя очередь, Аза.]