– О, простите, где же мои манеры? - потянувшись к пленнице, он развязал платок, закрывавший маме рот. - Так вам будет удобнее поддержать нашу светскую беседу, не правда ли? Я был бы рад увидеть вашу дочь. Может, позовете ее?
Молчание, долгoе и упрямое.
– Не слышу, - лейтенант начал терять терпение. - Громче.
Ответ я не расслышала, но хлесткий звук удара и приглушенный стон – да.
Я вздрогнула.
– Что ж, - раздраженно потер запястье лейтенант, – будь по-вашему. Придется помочь вам обрести голос. Дуг, сломай ей палец.
Как наяву я услышала хруст и протяжный мамин крик.
Нет!
Я резко выпрямилась и в несколько быстрых шагов пересекла двор, остановившись перед крыльцом напротив лейтенанта.
– Майлз Ричардс!
Он повернулся. Я не видела его глаз под темнотой низко надвинутого капюшона, но кожей чувствовала неприятный взгляд, застывший на моем лице.
– Андреа Блэкторн.
На несколько долгих секунд мы замерли друг напротив друга – oн на крыльце в окружении ворованных трофеев, я у подножия лестницы. Несколько грабителей, привлеченные моим появлением, выглянули из дома, встав за спиной предводителя. Я узнала Йена, чье лицо и часть шеи отметило неровное обожженное пятно от масла из лампы, которую швырнул в него Джаспер,и Дуга, крепко держащего бьющуюся в его руках маму.
– Андреа, доченька, не делай этого! Беги, беги!
Но я не послушала. Спрятав отчаяние и страх на cамом краешке сознания, я перевела взгляд на Ричардса.
– С минуты на минуту здесь будут солдаты. Убирайся вон, если хочешь остаться в живых.
Губы лейтенанта изогнулись в усмешке.
– У-убирайся, - передразнил он. – Конечно, миледи, всенепременно. Хотя… не слишком ли много требований выдвигает беспомощная полуголая девица?
Бандиты согласно загудели.
– Оглянись вокруг, милая Андреа, – посоветовал Ρичардс. – Раскрой глаза. Все, что ты могла бы предложить,и так мое.
– Не все. - Шпага Блэкторнов вскользнула из ножен, ложась в ладонь. - Самого главного ты так и не получил, верно?
Я зацепила его – не могла не зацепить. Лейтенант вытянулся, впившись в направленную на него шпагу жадным взглядом. Секунда – и он вдруг рассмеялся хриплым каркающим смехом, который подхватили один за другим окружившие меня бандиты.
– Эта железка? - Ρичардс пренебрежительно фыркнул. – Думаешь, я не смогу забрать ее у тебя?
– Андреа, уходи! Уходи! – почти заплакала мама. - Прошу!
Я не двинулась с места.
– Попробуй.
Криво ухмыляясь, лже-солдаты подались ко мне. Я без труда читала на лицах их мысли – девица со шпагой, я не представляла ни капли угрозы – и все равно лишь крепче стиснула рукоять.
Блэкторны не сдаются.
Но взмах руки – и бандиты, уже готовые всласть поиграть, остановились.
– Я сам.
– Ну давай, лейтенантик, - хохотнул с крыльца Йен. – А мы
посмoтрим, да, ребят?
Ричардс спустился ко мне – медленно, ступенька за ступенькой – остановившись в шаге от острия, направленного прямо в центр его груди.
– Не приближайся! – я рассекла воздух, почти коснувшись красного мундира лейтенанта.
Ричардс лишь усмехнулся.
– Не приближа-айся. Ах, Андреа, думаешь, это так просто – проткнуть живого человека? Пробовала когда-нибудь? Спорю на что угодно, что нет.
– Еще шаг – и узнаешь, – бросила я запальчиво, хотя внутри чувствовала себя далеко не так уверенно.
– А я пробовал, – буднично ответил бывший лейтенант. - И скажу одно. Εсли ты всерьез хочешь меня убить, нужно было сделать это сразу вместо того,
чтобы разбрасываться пустыми угрозами.
Он еще не закончил говорить, а его рука, облаченная в плотную кожаную перчатку, уже метнулась вперед, oбхватив острое лезвие,и со всей силы дернула клинок на себя.
К такому я оказалась не готова. За три года тренировок Джаспер никогда не прибегал к нечестным приемам, предпочитая бой на равных грязной драке. Но в Ричардсе не было ни капли благородства.
Шпага вырвалась из руки, кованая гарда оцарапала пальцы. Я вскрикнула, отшатнувшись,и лейтенант, завладевший вожделенным клинком, отпрянул тоже. От резкого движения капюшон слетел с его головы, обнажая лицо.
Боги!
От привлекательности молодого офицера, блиставшего на балу еще в середине лета, ничего не осталось. Ρваный шрам, обрамленный сетью более мелких порезов, наискось перечеркнул некогда красивое лицо от левой щеки до правого виска, пройдя через бровь и искривленную ударом переносицу. Правый глаз почти не открывался, зато левый смотрел на меня с откровенной испепеляющей ненавистью.
– Нравится? – прошипел лейтенант, делая шаг ко мне. – Это все ты, Андреа Блэкторн! Ты! Если бы
не отказала мне в браке, опозорив перед всеми, я не оказался бы на передовой. Наслаждался бы вином и фруктами в просторных комфортных палатках вместе с богатенькими отморозками, а не выслеживал бы предателей по лесам и селам. Не получил бы вот это, - он отбросил назад мoкрые пряди волос, чтобы я могла разглядеть его шрамы во всем ужасающем великолепии. – Но теперь ты ответишь сполна за все, что со мной сделала. Уж я об этом позабочусь. У нас с тобой вся жизнь впереди.
