Илле рэи'Бри замерла в растерянности, не ожидая и не предвидя такой резкой смены предмета обсуждения.
— Я наблюдателен, — заметил Даниэль, — Мне видно больше, чем другим, но не думайте, что сама илле лау'Герден также слепа, как и большинство обычных обывателей. Уверяю, для неё ваше неодобрение также очевидно, как и для меня, и то, что она до сих пор не обнаружила своей осведомленности, делает её привязанность к вам более искренней, чем ваша собственная привязанность к ней. Ваша личность легко угадывается в поступках и это всего лишь один пример.
— Мне нечего ответить, — после непродолжительной паузы призналась Софи. Она была пристыжена, застигнута врасплох прямолинейностью и справедливостью упрека.
— Нет причин для серьезных переживаний, — неожиданно мягко заверил Даниэль, — Достаточно иметь в виду и попытаться пересмотреть собственное отношение к окружающим перед тем, как снова осудить их за что-либо или предположить что-то относительно их самих или их взглядов на вас.
Разговор, получивший благодаря Даниэлю странное направление, мог продолжиться, если бы не одно важное обстоятельство: уединение, достигнутое случайной (или намеренной) встречей в беседке, было нарушено.
— Даниэль, вот ты где! — звонко провозгласила мгновенно узнанная Софией Кам.
Его благородие молчал. Темнота беседки, показавшаяся вдруг непростительной, не давала Софии рассмотреть выражение его лица.
— Мы с её светлостью как раз обсуждали вас, — невозмутимо сообщил Даниэль, нарушая тишину.
— С её светлостью? — растерянно уточнила Камалия, чем заставила Софию вжаться в плетеную стенку укрытия.
— Виновница торжества, если точнее, — добавил Даниэль, выбираясь из беседки к стоящей на дорожке девушке. Софи последовала его примеру, не без заминки приняв поданную его благородием руку.
— София? — не веря своим глазам, спросила Камалия, приближаясь к подруге, — Что всё это значит?!
Даниэль не спешил выпускать дрожащую ладонь девушки из своей руки, не то забыв о том, как это может быть истолковано, не то желая поддержать её светлость хотя бы таким неприличным способом.
— Мы просто беседовали, — стараясь сохранить самообладание, ответила София, понимая, что в её словах нет лжи, лишь некоторая тайна, не до конца понятная даже участникам недавнего разговора.
— Наедине в укромном месте?! Что же это за беседы такие? — Камалия всем своим видом выражала глубочайшее негодование, что вызвало логичное недоумение со стороны Софии, ведь подруга всегда отличалась свободой нрава. С чего бы ей так злиться?
— Ничего непоправимого не произошло. Не могло произойти. Я обручена и…
— В том и дело! Ты обручена! Твой будущий муж ждет в зале, развлекая гостей за вас обоих, а ты в это время принимает ухаживания, если не сказать больше, со стороны постороннего мужчины, к тому же — уже несвободного!
— Несвободного? — Софи почувствовала, как Даниэль выпустил её руку из своей, будто подтверждая прозвучавшее заявление.
— Ещё скажи, что ничего не знала! Сперва ты попыталась украсть у меня жениха, теперь взялась за любовника. Для чего тебе муж?! При таких талантах и амбициях!
София стояла, словно громом пораженная. Его благородие взял Камалию за руки и пытался что-то втолковать, он вел себя, как мужчина, не раз державший Камалию значительно ближе к себе, чем того допускают приличия.
Её светлость видела один единственный выход из положения: она умело подобрала пышные юбки и бросилась прочь.
«Как такое возможно?! — думала Софи, — Предложил стать его женой, зная о моей помолвке и имея в любовницах мою ближайшую подругу!» Слезы обиды и разочарования нещадно жгли в изнеможении прикрытые глаза. Девушку пугала та боль, которую причиняла одна только мысль о случившемся. С другой стороны, разве Даниэль обещал ей союз любящих сердец? Он предложил сделку, речь шла вовсе не о чувствах… Да и было ли это предположение настоящим, не глупой шуткой? Почему же тогда так горько? Почему сбивается дыхание, и жжение разливается в легких, подобно ртути? Ведь, сделав её своей женой, он, возможно, даже не… София покраснела, смутившись собственных мыслей. Даниэль и Камалия, Камалия и Август, Август и Софи… Луис, София и Даниэль. Какой причудливый узор.
Луис вэн'Дор шлет привет Софии рэи'Бри
