Стрела попала в цель. Он усмехнулся. Он знал, о чем она думает. Он знал, что она переживает, и будет упиваться ее беспомощностью. Он выглядел как кот довольный своей добычей. Даша вспыхнула, понимая, что действительно попала в сети как мышка. Он искушенный взрослый мужчина, она наивная, доверчивая дурочка, которая пряталась десять лет от всех невзгод и неприятностей. Она, которая жила только работой. Она, которая умела подвергать мужчин в бегство. Своим отношением, разгоняла всех поклонников и подруг. И теперь она вновь пытается ускользнуть от любовных отношений. Но он, как истинный мужчина и охотник завоевывает, то, что считает своим. Еще на лайнере он дал понять, что у него серьезные намерения. Даша прикрыла глаза. Воспоминания последней недели на лайнере проскользнули безмятежной радостью. Воспоминания оставили тепло на сердце. Их редкие объятия и поцелуи, их продолжительные разговоры и прогулки. Их совместное чтение на палубе. Ее смех и безмятежность. Ей было спокойно, пока призраки из прошлого не настигли. Она боялась, что он сможет ее найти и закончить начатое. Ей не хотелось впутывать его в свои проблемы. Саша всегда внимательный и заботливый. Тогда он не хотел торопить ее и себя. Сейчас он постоянно злился и раздражался.
Даша посмотрела на Сашу. Он улыбался. Он казался безмятежным и спокойным. Только она знала, какой гнев он испытывает. Она ощущала его за внешней отчужденностью.
— Ты же специально выставил меня, как племенную кобылу на продажу! — Даша усмехнулась. — А теперь пытаешься успокоить? Я представляю завтрашние заголовки желтой прессы: «Александр Марков и старая дева. Что он в ней нашел?»
— А ты злюка, оказывается. — Его глаза блестели.
Да он издевается над ней. Он так быстро смог обуздать свое раздражение. Ему явно доставляет удовольствие ее поддразнивать.
Она надеялась на его сочувствие. Он выставил ее на всеобщее обсуждение. Он не оставил ей выбора. Она сконфуженно сидела, вжавшись в стул. Еще Саша насмехается над ней.
— Расслабься. — Саша положил руку, на сжатые кулачки. — Подумай о более приятных вещах.
— Например?
Он наклонился к самому уху, чтобы больше никто не услышал и прошептал:
— О моих поцелуях, которые я подарю тебе сегодня. — По спине побежали мурашки от его близости … — Сегодня все будет по-другому, я обещаю!
Даше хотелось замахнуться и стереть это самодовольство с его лица. Он был абсолютно уверен в своем превосходстве. Ее это раздражало и приводило в бешенство. Она сжимала кулаки, сдерживая свои порывы.
— Два, один в мою пользу. — Даша распахнула глаза, он снова насмехается над ней. Но когда она подняла взор и посмотрела в его бездонные глаза, поняла, он исполнит сегодня все что обещал. И она ему позволит. Она знала, что не сможет сопротивляться. Внутренний голос подсказывал подчиниться, но она настойчиво отгоняла его.
Она не доставит ему такого счастья. Хотя стоит вспомнить его поцелуи и чувствуется трепет по всему телу. Горячая волна накатывает снова и снова, заставляя краснеть. Он хочет поиграть. Отлично. Она с удовольствием доведет его до состояния ярости. Даша улыбнулась своим мыслям.
— Вижу, ты что-то затеяла.
— Что ты милый, у меня самые чистые помыслы. — Она улыбнулась обворожительной улыбкой. — Игра продолжается.
Оба замолчали. Но как она не пыталась вслушиваться в пение и игру актеров, не могла уловить их действия. Мыслями она возвращалась к Саше, не понимая его поступков. Чем она привлекла его. Ее неискушенность или ее сопротивление. Ее дерзость или это жалость. У его ног окажется любая, стоит ему щелкнуть пальцем. Почему она? Она задавала этот вопрос с тех пор, как они встретились на скачках. Он пообещал ей, что отныне не допустит ее побега. Ей не спрятаться от него.
Но ей хотелось большего. В конце концов она надоест ему. Он научит ее любви, и весь первобытный интерес пропадет. Что ей останется, кроме воспоминаний и разбитого сердца. Пока не поздно, она обязана сопротивляться. Сейчас она сможет вырвать его из сердца, потом уже нет. Даша мечтала сбежать, но не имела права проиграть войну.
Прозвучал антракт, выводя Дашу из задумчивости. Включили свет. Посетители поспешили успеть в буфет или прогуляться, делясь своими впечатлениями.
Саша предложил пройтись. Снова почувствовать его прикосновения. Снова чувствовать взгляды и шепот за спиной. Даша уговаривала себя пересилить ощущение неловкости, но ничего не получалось. Ноги дрожали. Она понимала, что если встанет, то упадет. Она поблагодарила, отказавшись под предлогом отсутствия настроения. Ей было так страшно, что силы подняться и пойти куда-то покинули ее.
— Может тогда принести выпить?
— Нет, спасибо, я ничего не хочу.
— Боишься, что дрожащие руки не удержат бокал?
Вот он опять над ней издевается. Ей хотелось плакать и кричать одновременно. Она чувствовала свою подавленность. Если она не возьмет себя в руки, он полностью подчинит ее себе.
— Нет, боюсь, что не сдержусь и выплесну его на тебя. — Не сдержалась Даша от язвительного ответа.
— Если плохо себя чувствуешь, можем уйти.