Мимолетный поцелуй, и Саша скрылся в комнате, пока Даша расставляла приборы и раскладывала еду по тарелкам. Все, приготовив, Даша присела, откусывая свой начатый бутерброд, не хватало только чая. Она оставила его в комнате. С сожалением отложив бутерброд обратно на тарелку, поднялась и поспешила в спальню. По дороге вспомнила, что не закрыла документ со своим сочинительством.
Войдя, она увидела Александра, сидящего за ее столом и что-то, увлеченно рассматривающего. У нее сжалось сердце от страшного предчувствия, но она отогнала мысль, думая о доверии. Даша подошла ближе с любопытством заглядывая через мужское плечо с ужасом понимая, что он вдумчиво читает ее произведение.
— Это что? — Спросил Саша, почувствовав легкое дыхание на щеке и обернулся. — Как понимать то, что здесь написано?
— Прости, не хотела рассказывать, — Даша попятилась, видя, как вспыхивают его глаза раздражением. — Но после слов Кирилла, испугалась, а вдруг ты ему поверишь?
— Значит надо было верить? — Саша встал со стула, надвигаясь на Дашу. — Только сегодня я обсуждал со своим главным редактором выпуск его новой трилогии, так похоже по написанию на то, что я только что прочитал. — Он схватил Дашу за плечи, заставляя посмотреть на него. — И я спрашиваю, что ты можешь сказать в свое оправдание?
— Ничего. Только, что рукопись принадлежит мне. — Даша вырвалась из его объятий. — Да, я приходила в издательство в прошлом году, принеся свое произведение, но твой редактор ответил, что на литературном поприще таких, как я, очень много. Но он мог бы посодействовать в помощи за определенную сумму, которая мне показалась непосильной, и я отказалась. — Даша выдохнула, отказываясь верить, что Саша поверит своему редактору, чем ей. — Естественно я отказалась, но он попросил оставить рукопись, чтобы прочитать еще раз. Мы договорились, что он перезвонит, когда убедиться в ее успехе, но мой телефон до сих пор молчит.
Даша замолчала, присев на диван и наконец набравшись смелости посмотрела на Сашу. Лучше бы она этого не делала. Он злился, нет его раздражение достигло апогея, превратившись в ярость.
— То есть ты обвиняешь Ивана Михайловича в мошенничестве и взяточничестве? — Он сжимал кулаки, сдерживая себя. — Значит Кирилл оказался прав, все путешествие на лайнере было подстроено, чтобы в дальнейшем реализовать свои мечты. — Его слегка потряхивало, каждое слово со свистом вылетало из уст, причиняя Даше душевную боль.
— Как ты можешь верить в эту чушь? — Вскочив, она перешла на более повышенный тон, еле сдерживая слезы. — Ты с самого нашего знакомства учил доверять и верить тебе! Теперь сам учиняешь самосуд, не проверив все факты!
— Мне кажется все факты на лицо, только мне интересно, где ты взяла рукопись? — Он зловеще вперился в нее взглядом, ища ответы на вопросы. — Неужели, рылась в моих бумагах?
— Что? — Даша не верила услышанному. — Как ты можешь обвинять меня в подобной глупости? — Она замолчала, принимая решение. — Если не веришь мне, то уходи …
И Даша показала на дверь, не ожидая, что Саша действительно уйдет. Всегда находились нужные слова для примирения, понимание друг друга, но что произошло сейчас она не могла осознать.
Тем временем Саша оделся и хлопнув дверью ушел, не сказав ни единого слова. Даша без сил упала на пол. Слезы текли по щекам, разрывая душу и сердце. Как он мог уйти, оставив ее одну, не поверив словам, растоптав и унизив все ее чувства. Обвинить в корысти, когда она преданно его любила.
Выплакав все слезы, Даша уснула беспокойным сном. Проснулась от настойчивого звонка в дверь. Она подумала, что Саша забыл ключи и теперь пытается попасть в квартиру, чтобы извиниться. Надев очки, она опрометью бросилась открывать, но на пороге стоял ее самый страшный кошмар.
Она попыталась захлопнуть дверь, но Андрей был проворнее, толкнув плечом, ворвался в квартиру.
— Че не ждала меня в гости? — Он улыбался хищной улыбкой. Некогда красивое лицо искажал шрам, проходящий от правого виска, пересекал щеку и скрывался в правом уголке рта, так что казалось он гримасничает. Голубые глаза, как небо в летний ясный солнечный день, теперь потухли, превратившись в прозрачные, как стекло, излучая ненависть к ней. Пышные светлые кудри потускнели и свисали паклями на лицо, довершая устрашающий вид. Он похудел, заметила Даша. Обрел более упругое тело, чем было с небольшим брюшком и вялыми мышцами.
— Че не нравлюсь? — Он осклабился в попытке улыбнуться, и Даша заметила, что ему не хватает пару-тройку зубов. — Скажи спасибо своему братцу.
Даша попятилась, когда он двинулся на нее с угрожающей силой хотел схватить в свои объятия. Она увернулась, но спрятаться ей было негде. В его руках блеснул нож. Испугавшись, что он убьет ее прямо здесь, она решила выиграть время. Она знала, что сейчас должна подойти Юлия Владимировна и она сможет позвать на помощь.
— Звони своей прислуге, если не хошь, чтоб с братцем что-то случилось. — Разгадав ее намерения медленно проговорил он, надвигаясь на нее с ножом и оттесняя вглубь комнаты.