Мы въезжаем на стоянку возле местной школы — это последняя точка парада. Каждый карнавальный экипаж был собран и укомплектован одной из команд — участниц ежегодного состязания. Для самых креативных авторов предусмотрены специальные призы. В этом году победителем парада признан корабль викингов, который, как оказалось, принадлежит команде «Норвежские жеребцы», ветеранам турнира с десятилетним стажем. Помимо стабильного превосходства по части выступлений на парадах, «жеребцы» регулярно оказываются в первой сотне итоговой турнирной таблицы. Это позволяет предположить, что с тривией у них получше, чем с орфографией.
Корабль викингов, конечно, впечатляющ. В равной степени впечатляющими можно признать и подводную лодку, и космический корабль «Норвежских жеребцов», с которыми они побеждали в прошлые годы. Однако у меня есть сильное подозрение, что в этом году на решение судей повлияла флотилия постпубертатных девиц в открытых топах и коротеньких шортах, которые вертелись вокруг импровизированного плавсредства на всем протяжении его пути. Сегодня первый по-настоящему теплый, весенний пятничный полдень, и солнце, с восторгом глазеющее на юные студенческие тела, тоже как будто принимает участие в параде. «Эта девочка учит танцам мою четырехлетнюю дочь, — бросает мне между делом один из судей, когда мимо прокатывается очередная викингесса. — Надо признать, она… прекрасно сложена».
После вручения наград мэр передает мегафон коренастому мужчине, на вид 50 с небольшим лет, с губ которого не сходит саркастическая усмешка. Своими очками и непослушной седеющей бородой он смутно напоминает мне Джерри Гарсию времен хита Touch of Gray. Это Джим Олива, который сам избрал для себя странный жизненный путь длиною в 25 лет. С 1979 года он проводит этот тривия-фестиваль и составляет для него все вопросы. В какой-то из годов этого марафона за свою всеведущую мудрость он получил прозвище Оз. Итак, Оз все утро нетерпеливо потирает руки, подсознательно пытаясь приблизить радостный момент начала соревнований. Наконец время пришло. Джим хватает мегафон и ревет в него: «Вы готовы к тривии?» Вся толпа и даже парни, приплясывающие в костюмах овощных роллов, приходят в неистовство.
«Величайший в мире фестиваль тривии» — так ныне почившая в бозе Американская ассоциация тривии назвала когда-то одно из мероприятий в Стивенс-Пойнте, прошедшее еще до того, как к организации подключился Джим Олива, хотя сегодня сложно представить себе этот конкурс без него. Фестиваль впервые состоялся в 1969 году и проходил в течение одного дня — 16 часов, 80 вопросов и небольшая горстка команд. Образцом для него послужило другое мероприятие, тоже тривия-радиоигра, которую с 1966 года Университет Лоуренса проводил неподалеку от городка Эпплтон. (Кстати, первый вопрос в Лоуренсе звучал так: «Как звали отца Супермена?»[195]) В свою очередь предшественником турнира под Эпплтоном считается конкурс в Белойт-колледже. Теперь и Висконсин вошел в историю благодаря фестивалю тривии, проводимому по студенческому радио.
К 1975 году фестиваль достиг своих нынешних масштабов: 54-часовой марафон, на протяжении которого каждый час задается по восемь вопросов. Игра проходит следующим образом: на волне 90FM диджей в прямом эфире зачитывает вопрос. Затем звучат две песни, во время которых все участвующие команды должны дозвониться на радиостанцию и передать свои ответы. Результаты по каждому вопросу заводятся в компьютер и суммируются. У каждой команды есть только один звонок и одна попытка ответа на каждый вопрос. По окончании второй песни ведущий объявляет: «Время вышло! Ответы сданы. Звонки больше не принимаются!» Затем он зачитывает правильный ответ на вопрос, но у команд нет времени, чтобы радоваться попаданию «в десятку» или предаваться горю («Я же тебе говорил, что это был Аксель Каррас!»), потому что следующий вопрос звучит немедленно. Этот цикл повторяется 428 раз с шести утра пятницы до полуночи воскресенья. Промежуточные результаты объявляются после каждого часа.
