Как романтично! Сейчас она скажет «да», он наденет ей на палец кольцо, затем они поцелуются…
Невольно вспомнилось, как заученно говорил нежные слова Ричард, делая мне предложение. Жаль, что тогда я этого не замечала. Он тоже встал на одно колено и преподнес мне букет роз – крупных, холеных, на лишенных шипов длинных стеблях – и кольцо. То самое, как позже выяснилось, с подвохом. Светлые боги, неужели я была такой глупой?!
События тем временем развивались совсем не по придуманному мной романтичному сценарию.
Оливия отшатнулась, и Дэнни окаменел.
– Смотри, я принес тебе любоцвет, – продолжил он дрогнувшим голосом и протянул ей цветок. – Значит, у нас все будет хорошо! Соглашайся, Ливи.
Оливия уже взяла себя в руки, лишь судорожно стиснутые пальцы выдавали ее чувства.
– Дэнни, я не могу! Я ведь уже говорила. Почему, ну почему ты меня не слушаешь?!
Я чуть не застонала, так помертвело его лицо. Как она может – так?!
– Значит, ты меня не любишь, – выговорил он глухо и опустил плечи.
– Люблю! – В ее вскрике было столько чувства, что я забыла как дышать. – Но у нас нет будущего, понимаешь?
– Не понимаю! – Дэнни упрямо мотнул головой. – Что же это за любовь, если ты не хочешь стать моей женой? Не хочешь жить со мной в горе и в радости…
– В горе и радости?! – Ее голос взвился, в нем зазвенели слезы. – Дэнни, ты ведь аристократ! Лорд Дэниел Блэкстоун, богач и сильный маг. А кто я? – Она горько улыбнулась дрожащими губами. – Я не могу стать твоей женой. Я тебе не подхожу. И дело даже не в том, что у меня нет ни воспитания, ни приданого. Подумай хотя бы о наших детях! Они ведь не будут сильными магами, они станут париями, хоть это ты понимаешь?
Ее прочувствованный спич пропал втуне.
– Какая разница? – Упрямства Дэнни было не занимать, вон как набычился. – Живут же как-то люди без магии! Моих денег хватит, чтобы жили безбедно и наши дети, и даже внуки. Ливи, главное ведь, что мы будем вместе!
Он все еще стоял на одном колене. Все еще надеялся. Только вот Оливия уже все для себя решила.
– Нет, – выговорила она четко и покачала головой. – Я не выйду за тебя. Так будет лучше, поверь! Между нами слишком большая пропасть.
Лишь в конце ее голос дрогнул.
Дэнни поднялся тяжело, как старик. Передернул плечами и выдавил, глядя в землю:
– Прости, что оскорбил тебя своим предложением. Прощай!
Он развернулся, и она словно против воли дернулась к нему:
– Дэнни, постой!
Он замер на полушаге.
– Я… – Она облизнула губы и заговорила быстро, горячо: – Послушай, ну зачем ты все портишь? Мы ведь можем быть вместе, можем любить друг друга! Для этого совершенно не обязательно идти к алтарю!
На скулах Дэнни вздулись желваки. В эту минуту он вовсе не походил на робкого юнца, и очевидно было, что вырастет он в весьма привлекательного мужчину. Он все-таки обернулся. Смерил ее тяжелым взглядом и разомкнул искусанные губы.
– Нет. Так мне не нужно!
Он почти кубарем скатился с крыльца и слепо побрел прочь, а она осталась на пороге, уже не скрывая катящихся по щекам слез.
– За ним! – отмер Осси, схватил меня за руку и поволок за Дэнни, который все убыстрял шаг. – Эй, Булыжник, стой! Помедленнее, кому говорят!
Сгорбленная спина Дэнни дрогнула, он остановился и медленно обернулся. Мертвенно-бледный, только на скулах пылают яркие пятна да лихорадочно блестят запавшие глаза.
– Я забыл о вас. Извините.
Осси кинулся к нему, хлопнул по плечу.
– Друг, не кисни! Мы тебе вмиг другую найдем, даже лучше.
Я поморщилась. Ничего себе утешение!
Осси тем временем обнял Дэнни за плечи и начал молоть чушь о карнавале, девушках и учебе. Лицо Дэнни в какой-то миг дрогнуло. Он отстранил друга, посмотрел на любоцвет, который все еще машинально сжимал в руке, часто-часто заморгал и вдруг шагнул ко мне.
– Возьмите, леди. – Он протянул мне цветок и отвел взгляд. – Мне он не пригодился.
Я ничего не смогла ответить, только кивнула.
А на крыльце горько плакала девушка в жизнерадостном оранжевом платье.
Прогулка, которая началась так неудачно, и дальше не сулила ничего хорошего. Достаточно было взглянуть на лицо Дэнни, хмурое, как грозовая туча.
Осси не оставлял его в покое: теребил, что-то громко рассказывал, спрашивал… Быть может, неплохая тактика, только я теперь была откровенно лишней. Утешить Дэнни я не могла, более того, не чувствовала себя вправе вмешиваться.
Поэтому я молча шла чуть позади друзей, почти не прислушиваясь к оживленной – стараниями Осси – беседе. К чести его нужно сказать, что Осси не пытался давать другу советы, просто стремился отвлечь.
Город плыл по волнам праздника, как после, на рассвете, поплывут по реке девичьи цветы. Орхидеи и пионы от незамужних леди, розы – от мисс попроще, колокольчики и примулы – от горничных. Даже последняя батрачка этой ночью бросит в воды реки Иссы свою скромную полевую ромашку, прося у светлых богов хорошего жениха и семейного счастья. Жаль, редко внимают боги девичьим мольбам…
