Неприятные вещи и правда исчезли. Я расслабилась, и мы в кои-то веки занялись более-менее страстным сексом. Петер расцарапал мне лицо своей бородкой, которую, по его словам, отрастил специально для меня. А потом сказал, что нам надо сходить в его офис за специальными игрушками, чем очень меня возбудил. Правда, дальше слов дело не пошло, и оказалось, что никаких игрушек нет и в помине. Но это было вполне в стиле Петера, и я уже научилась воспринимать такие его «шуточки». Он мог загадочно выдать: «Я должен сообщить тебе кое-что очень важное», а потом молчать целый день. Когда я уже начинала сходить с ума от неизвестности, он раздражался и выдавал: «Вот бабы! Да что вы все психички такие! Я уже и забыл давно, что хотел сказать».
Буквально через несколько дней на меня обрушился новый удар.
Я решила прибраться в доме и привести в порядок барную стойку. Уборщица здесь руку особо не прикладывала, поэтому бутылки запылились. Дела пошли довольно споро, и я находилась в прекрасном настроении, пока не наткнулась на пустую коробку из-под виски «Macallan». Точнее, не совсем пустую. На дне лежал плеер. И не просто какой-то там, а тот самый, из квартиры в Имсте. Меня словно окатили ведром ледяной воды. Руки немедленно затряслись, дыхание стало прерывистым, на лбу выступил пот. Моя находка в одно мгновение сделала меня больной. А дальше все пошло как обычно: я уже не контролировала себя, а пальцы сами нажимали на кнопки.
Да, так все и оказалось – это была та же запись, которая в свое время чуть было не свела меня с ума. Она стала воспроизводиться примерно с того же момента, на котором остановилась в прошлый раз. Оргазменные крики Петера, стоны Ванессы… Не выдержав, я швырнула плеер в стену. Он разлетелся на мелкие кусочки, а пленка размоталась по полу. Я упала рядом и принялась рыдать. Удивительно, насколько быстро мне теперь удавалось впадать в истерику. Мое настроение менялось словно по щелчку пальцев, и я могла потерять контроль за считаные мгновения…
Вслед за плеером в стену полетела и картонная коробка. А потом, от злости на Петера и на себя саму, я запустила туда еще и несколько рюмочек с полки. Казалось, если бы мой муж хотел причинить мне самую большую боль на свете, лучшего способа было не придумать. Принести то, что так меня ранило, домой и спрятать у меня под самым носом!.. Это было верхом цинизма!
Когда Петер вернулся домой, он застал меня в плачевном состоянии. У меня было распухшее от слез лицо и красный нос, меня трясло, и я никак не могла взять себя в руки. Хорошо хоть, мне удалось прибрать осколки рюмочек.
А вот погибший плеер я убирать не стала. Мы должны были об этом поговорить.
– В чем дело? – загромыхал Петер с порога.
– Это я тебя хотела спросить! – мой голос сорвался на визг, а из глаз потекли ручьи. – Почему ты это со мной делаешь?
– Что я делаю?
– Что? Почему ты прячешь это дома, а мне говоришь, что выбросил?!
Петер понял, что прокололся, и на секунду застыл в замешательстве. А затем попытался перехватить инициативу.
– Ты, корова тупая, ты чего лазишь по моим вещам?
– Это наши вещи, забыл? Мы тут вместе живем!
– Ненадолго. Будешь себя так вести – вылетишь отсюда по-быстрому.
– Это я виновата?! – от несправедливости у меня перехватило дыхание. – Да ты…
– Заткнулась быстро! – обрушился на меня Петер, приступая вплотную. Несмотря на свой небольшой росток, в этот момент он был страшен. – Мне нет дела до твоего дерьма! Ты сидишь дома и тупеешь от нечего делать! А я работаю, и у меня голова другим занята. Я тебе своими проблемами не тыкаю. А у меня их хватает! И никто мне не помогает, я один должен все за всех решать!
И с этими словами он со всей дури зафутболил мусорную корзину. Она полетела через комнату, усыпая все вокруг мятыми бумажками, яблочными огрызками и всяким непотребством. Куда сразу делись разговоры про бережное отношение к вещам и про любимый дом!
Такая вот шокотерапия отлично работала по отношению ко мне. Стоило Петеру выкинуть подобную штуку, как я сразу успокаивалась. Сработало и на этот раз – от страха я замолчала и, сама того не понимая, вытянулась по стойке «смирно».
А Петер продолжал бушевать.
– У меня сегодня был трудный день, эта свинья вонючая, жена бывшая, денег требует, в офисе проблемы. А теперь ты лезешь со своими придирками. У меня нет времени думать о всякой фигне. Если тебе что-то не нравится – выметайся. Или принимай мою жизнь такой, какая она есть.
И он ушел на второй этаж, в хамам.
А я принялась за ним убирать. Собрав все, включая плеер, в мусорный пакет, я пошла извиняться перед Петером.
Следующий конфликт произошел в декабре – в день моего рождения.
