— Я скотовод и не привык к особой роскоши, — небрежно бросил он. — Ну а теперь, поскольку вы все-таки нашли меня, потрудитесь объяснить, в чем дело… Рэндолф, кажется?
— Именно. Эван Рэндолф. Можно войти? Слоан молча отступил, пропуская незваного гостя.
— Я попросил бы вас зажечь лампу, чтобы спокойно побеседовать, как подобает цивилизованным людям.
Слоан предпочел бы оставить Рэндолфа в невыгодном положении, но тем не менее зажег спичку и поднес ее к фитилю лампы, стоявшей у постели. Неяркий желтоватый свет замерцал в полумраке, отбрасывая пляшущие тени на голые стены.
— «Клэридж» или гостиница «Уорвик», на мой взгляд, куда приличнее, — протянул Рэндолф тем же издевательским тоном.
— Садитесь, — бросил Слоан, игнорируя его укол, и показал на качалку — единственное кресло в комнате.
Рэндолф на секунду замялся, но все же с тяжелым вздохом последовал приглашению. Слоан устроился на кровати, прислонился спиной к стене и положил пистолет на колени.
— Насколько мне известно, вы сегодня были в банке и внесли деньги от имени мисс Эшфорд, полностью погасив ее долги.
— Ну и что? — неприветливо буркнул Слоан. Глаза Эвана Рэндолфа слегка сузились.
— Я навел кое-какие справки о вас, сэр, и должен сказать, несколько встревожен тем, что узнал.
— Неужели?
— Именно. Вы попали в довольно стесненные обстоятельства, которые могут привести к катастрофе, особенно если рынок скота этой весной потерпит крах, как ожидают многие.
— Слушаю.
Слоан молча ждал продолжения.
— Я очень богат, мистер Маккорд. Сколько нужно, чтобы убедить вас вернуться в Колорадо без жены? Ста тысяч долларов достаточно?
Слоан насмешливо поднял брови:
— Как я понимаю, это попытка подкупить меня?
— Считайте это выгодным вложением. Мы оба претенденты на руку мисс Эшфорд. А я не люблю проигрывать. Маккорд расплылся в широкой улыбке:
— И вы вправду надеетесь, что я улизну из города и брошу невесту у алтаря?
— Готов извиниться за вас перед мисс Эшфорд. Ей достаточно лишь знать, что вы внезапно передумали.
На какое-то мгновение Слоан всерьез задумался. Отказ от женитьбы решит сразу все его проблемы. Он выкупит закладную на ранчо и избавится от фарфорово-кружевной герцогини, брак с которой наверняка станет проклятием. Трудно отрицать, что Хизер Эшфорд — крайне неподходящая для него жена.
Но тут перед глазами встало прекрасное лицо с гордо вздернутым подбородком, мятежным блеском вишневых глаз с золотистыми искорками, и Слоан решительно покачал головой.
— Теперь понятно, почему она отказалась выйти за человека, способного на подобные выходки, — ухмыльнулся он. — И вы все время так на нее давили? Или пытались купить и ее тоже?
Губы Эвана сжались в тонкую линию.
— На вашем месте я бы хорошенько подумал, прежде чем отказывать мне, мистер Маккорд.
— Нечего тут раздумывать. Оставьте свои деньги себе. Я дал слово. Там, откуда я родом, это кое-что значит. Миллионер равнодушно пожал плечами:
— Мои мотивы, поверьте, не так уж эгоистичны. Я могу предложить ей жизнь, которую заслуживает такая девушка, как мисс Эшфорд. Скажите откровенно, мистер Маккорд, готовы ли вы сделать то же самое?
— Я могу предложить ей жизнь, которую она хочет. Этого вполне достаточно. В конце концов, ей выбирать, и, думаю, она уже приняла решение.
Глаза Рэндолфа яростно сверкнули, и Слоан понял, что нажил себе смертельного врага.
— Предупреждаю, — негромко заметил Зван, — что отныне намереваюсь быть в курсе всех ваших дел. Лучше постарайтесь окружить ее заботой, в противном случае придется держать ответ передо мной.
Слоан счел за лучшее промолчать. Рэндолф резко поднялся.
— Не трудитесь провожать меня, — выдавил он. — Я сам найду дорогу.
По всему было видно, что Эван едва сдерживается. Повернувшись, он направился к порогу. Дверь тихо закрылась.
Слоан, пробормотав проклятие, рассеянно провел рукой по волосам. Отказ Рэндолфу означает, что его судьба решена. Теперь придется жениться на герцогине Эшфорд. Невозможно оставить ее на милость Эвана Рэндолфа и ему подобных. Но теперь по крайней мере понятно, почему она так настаивала на их сделке. Дьявол, да он почти ей сочувствует! Хизер Эшфорд так стремилась избавиться от Рэндолфа, что готова была броситься в объятия незнакомца, которому вовсе не нужна.
«Наша свадьба вряд ли попадет в светскую хронику», — грустно думала Хизер, занимая место рядом с женихом. Слишком незначительное событие, чтобы привлечь внимание репортеров.