– Вы прекрасно знаете, что у меня есть дочь.
– Угу.
– Знаете, кем я приходилась вашему отцу.
– М-м, угу.
– Вы готовы взять ответственность за меня и моего ребенка? – натягиваю улыбку.
Мужчина зависает на доли секунд.
– Сами понимаете, я не могу себе позволить что-то несерьезное. Ребенку нужен отец, мне – мужчина, на которого я смогу положиться. Мне не интересны разовые акции, надеюсь, вы понимаете, о чем я?
Ярцев-младший отстраняется от меня, отступает от стола. Поправляет пуговицы у ворота рубашки. Откашливается.
– Вы подумайте, – добиваю его растерянность и, явно, недовольство.
– Обязательно, – кивает и слишком быстро скрывается в кабинете своего брата.
Я же еле сдерживаю улыбку.
На таких у меня иммунитет.
Владимир
– Зачем вызывал? – в кабинет злой как черт врывается Рус.
Проходится по кабинету и опускается в кресло напротив, сложив руки на груди.
– Тебе не дали? – усмехаюсь. – Обломом так и несет.
– Очень смешно, – фыркает.
– Значит, она существует, – еле сдерживаю улыбку. – Я рад.
– Ты вызвал меня, чтобы поржать? Тогда я могу быть свободен?
– Да успокойся ты.
– Ты решил, что делать с этой? – машет головой в сторону двери.
– Так это она тебя отшила? – догадываюсь.
– Решил или нет?
– А что я могу? Пока работает тут, потом будет видно. Ребенок вырастет, и там уже будем решать…
– Я до пенсии ее терпеть не собираюсь.
– Меньше здесь крутись, и никого терпеть не придется.
– Может, и права Виола, что ты на нее глаз положил?
– С Ви общаешься? – этого и следовало ожидать. – Это она тебя натравила на девушку?
Даже не нужно ломать голову, откуда ноги растут.
– Не важно. Меня удивляет твое спокойствие. С чего вдруг? Словно у тебя уже есть план.
– Какой, например?
– Может, женишься на ней? – закидывает ногу на ногу. – Раз твоя свадьба с Ви не состоялась, так почему бы и нет?
Смотрю на брата и не понимаю направления его мыслей.
– Ну, а что? Женишься, удочеришь ее ребёнка и потом разведешься.
– И что это даст? – хотя уже догадываюсь.
– Отсудишь опеку над ребенком, и все, доля наследства твоя, – сидит и довольный собой лыбится во все свои зубы.
– Кто подкинул идею?
– Сомневаешься в моей сообразительности? – прищуривается.
Иногда я удивляюсь, откуда у родного мне человека может быть такая расчетливость. Я ведь, и правда, не думал о таком. А план-то имеет право на жизнь, если задуматься.
– До какой степени ты похож на мать, – откидываюсь на спинку кресла и закидываю руки за голову.
– Это комплимент? – смеется.
– Почти.
– Ну, а что? Меня она отшивает. Не вижу смысла к ней лезть. А вот тебе… ты хотел управлять и иметь контрольный пакет, так почему не попробовать?
– Думаешь, я до такой степени гад?
– Виолу же бросил, – усмехается. – Да и на войне все средства хороши. Она влезла в нашу семью…
– Иди лесом, – отмахиваюсь от задумки брата. – Отсудить ребенка только из-за доли в общей массе наследства слишком…
– Зря, – хмыкает и поднимается с кресла. – Так что ты хотел мне сказать? – смотрит на меня.
– Вот, – показываю на папку с документами, – пересмотри.
– Хорошо, – поджимает губы и берет папку. – Что-то еще, Владимир Александрович?
– Иди.
Кланяется этот клоун и уходит, хлопнув дверью.
А я еще какое-то время не могу заняться работой, потому что слова брата засели в голове, и мозг судорожно перебирает возможные варианты реализации такого плана. И моментами все складно получается. Да вот только не моя это тема, совсем не моя.
Сегодня нет желания задерживаться в офисе. Наоборот, хочется домой, где меня никто не ждет. Хоть кота заводи, честное слово. Может, одна довольная морда будет ждать с работы, хотя бы для того чтобы его покормили. Почему нет?
Выйдя из кабинета, чуть не сталкиваюсь с Юлей.
– Ой, – краснеет тут же. – Простите.
Так вместе и покидаем офис.
Выйдя на улицу, хочу предложить Синицыной подвести ее.
– Юля? – зову девушку.
Оглядывается.
– Может, подвезти?
– Какие люди!
Девушка не успевает ответить. Прерывает мужской голос. Оглядываемся вместе с ней.
Навстречу идет парень. Может, чуть старше девчонки. Белобрысый, высокий.
– Юльчик! – улыбается. – Какая встреча! Я тут по делам и смотрю, ты не ты. А это ты.
Да вот только его улыбка мне не нравится.
Реакция девушки вообще непонятна. Она бледнеет. Глаза испуганные. То на меня смотрит, то на него.
– Чего, не признала? – подходит к ней и по-свойски укладывает ей руку на плечо. Девчонка будто меньше становится. – Добрый вечер, – смотрит на меня и протягивает руку.
Отвечаю пожатием.
– Не помешал?
– Нет, – отвечаю.
Снова смотрю на Юлю.
– Я близкий друг Юли, мы учились вместе, – уточняет белобрысый, делая акцент на слове “близкий”.
– Юль, – обращаюсь к девчонке, которая выглядит явно не радостной. – Подвезти?
– Да я сам подвезу. Прокатимся, поговорим, – прижимает к себе девушку, – да, Юль?
– Да, – кивает.
Сказать, что это меня расстроило… нет. Просто неприятное ощущение осталось. Словно происходит то, чего я не понимаю.
– Точно? – переспрашиваю.
– Да-да, Владимир Александрович, все хорошо, – словно собравшись с силами, отвечает она.
– Тогда до завтра, – отвечаю, хмыкнув. – Хорошего вечера, – прощаюсь с парой и тороплюсь к машине.