Потом, немного подумав, возвращаюсь в кухню и беру посуду Лии. Из другой она может отказаться есть, тем более в незнакомой обстановке.
– Кажется, все, – ставлю сумку на пол и оглядываюсь.
Снова сбегать. А мне здесь нравилось, и я уже успела привыкнуть к этой квартире.
– Вот и хорошо, – поднимается и, подойдя, берет сумку. – Одевайтесь, поедем, – выходит из кухни.
– Лия, – зову дочь.
Малышка заходит улыбаясь.
– Птенчик мой, поедем кататься с дядей? – спрашиваю ее и подхватываю на руки.
– Да, – кивает и улыбается.
И это удивляет. Дочь очень спокойно воспринимает, по сути, незнакомого ей мужчину. Но видимо малышка другого мнения о нем. Я прекрасно помню, как она его кормила за завтраком. Это воспоминание вызывает улыбку.
Целую в макушку, вдохнув любимый детский запах.
– Пойдем одеваться, а то нас ждут.
Спустившись на улицу, держу дочь на руках. Владимир предлагал ее нести, но я отказалась. Не знаю, почему. Очень не хотелось отпускать дочь.
Идя до машины Ярцева, оглядываюсь. Ланского не вижу, уже хорошо.
Владимир убирает нашу сумку в багажник, а нам открывает дверь, помогая забраться на заднее сиденье. Усаживаю дочь на руках.
– Надо будет купить детское сиденье.
– В рабочей машине есть, – напоминаю.
– Чтобы нам не прыгать с одним. Все же удобно иметь несколько, – отвечает и закрывает дверь.
Обойдя машину, садится за руль. Заводит двигатель и выезжает с парковки. Я же все еще вглядываюсь через тонированное стекло на улицу, боясь заметить Глеба. Но никого нет. Повернувшись, случайно сталкиваюсь взглядом с Владимиром в зеркале заднего вида. Тут же отвожу свой, чувствуя, как краснеют щеки.
Нужно немного успокоиться и взвесить все, что случилось. Внутренний голос уверяет, что теперь мы с Лией в безопасности рядом с Ярцевым, и мне очень хочется в это верить.
Владимир
В машине тишина. Девчонки молчат. Поглядываю в зеркало заднего вида. Юля смотрит в окно. Девочка, положив головку матери на грудь, сосет палец. Забавная. Из-под шапки выбиваются светлые пряди волос, как у ее матери. Даже странно представить, что у такой принцессы может быть такой отец как этот Ланской. Такие уроды вообще не должны размножаться.
Только от понимания, что у них там произошло, пальцы сжимаются в кулаки. Морду бы холеную начистить этому мажору. Да сдать куда надо. А там ему устроят невеселую жизнь.
К дому подъезжаем минут через сорок. Девочка уснула.
Паркую машину в подземке. Редко здесь ставлю машину, но так как на улице поднялся ветер, и ребенок спит… решение само собой пришло.
Глушу двигатель и выхожу из машины. Открываю пассажирскую.
– Она уснула, – тихо говорит Юля.
– Давай, чтобы не будить, – тянусь к девочке.
Юля не сопротивляется и позволяет взять ее ребенка на руки.
Беру осторожно девчушку. Она тихонечко вздохнула и, поджав губки, засопела. Сам не замечаю, как принюхиваюсь. Пахнет детством, конфетами и спокойствием. Давно я такого не ощущал.
Выходим из лифта и останавливаемся у двери.
– Ключи в кармане брюк, помоги, – прошу девушку и поворачиваюсь к ней той стороной, где лежат ключи.
Румянец тут же вспыхивает на ее щеках. Но, ничего не сказав, подходит ко мне и осторожно запускает свою ладонь в карман. Подцепив ключи, тут же вытаскивает их и быстро отступает на шаг.
– Открывай, у меня руки заняты, – усмехаюсь, кивнув на сладко сопящего ребенка.
Юля кивает и открывает дверь, достаточно быстро справившись с замком, пропускает меня. Вхожу и слышу, как за спиной закрывается замок. Сам же не разуваюсь, прохожу в гостиную.
– Юль, – зову девушку.
Она тут же оказывается рядом. Уже успела снять верхнюю одежду.
– Раскидай подушки, уложим пока тут.
Слушается и быстро выполняет мою просьбу. Укладываю осторожно девочку. Юля обкладывает ее подушками.
Возвращаюсь в прихожую, снимаю ботинки. В ванной мою руки и прохожу в кухню.
Юля за мной.
– Так, смотри, – начинаю говорить, чтобы нарушить тишину, которая уже давит на перепонки своей тяжестью. – Здесь разбирайся, хозяйничай. Холодильник, – показываю на встроенную технику. – Все, что нужно купить, говори. Доставку закажу. Пойдем, – махнул рукой, приглашая последовать за мной.
Проходим гостиную мимо спящей на диване девочки по коридору.
– Здесь моя комната, – показываю на дверь. – Тут –гостевая, – открываю дверь напротив. – Там, – киваю в сторону, – мой кабинет.
Юля проходит в комнату. Включаю свет, щелкнув выключателем на стене.
Просторная, светлая. Кровать, шкаф встроенный, телевизор на стене. Единственный, оставшийся в целостности после погрома Виолы.
– Телек рабочий, пока только тут. В гостиной нет техники. Еще не приобрел, – говорю.
– Спасибо, – еле слышно отвечает Юля.
– Завтра ваши оставшиеся вещи привезет водитель, я распоряжусь. Если нужно что-то еще, не стесняйся, говори. Купим. Девочке и тебе должно быть комфортно тут.
– И надолго нам придется жить здесь? – удивляет своим вопросом.
– Не знаю, как решим вопрос с белобрысым, – отвечаю размыто.
– Просто я не хочу вас стеснять. Все же это ваш дом. А тут мы с дочкой.
– Все, больше ничего слышать не хочу, – отвечаю резко, разворачиваюсь и направляюсь в кухню.