Цветы выпадают из рук, и я на каком-то гребанном инстинкте кидаюсь в сторону голосов. Быстро оказываюсь на детской площадке, где вижу, как Ланской, мать его, Глеб, пытается забрать мою дочь.
Подлетаю к ним, отдергивая его за капюшон куртки. Парень падает на спину.
– Я сказал не трогать мою семью! Сказал же? – хватаю его за шкирку, хорошенько встряхивая.
Морду бы набил, да не при ребенке.
– Да пошел ты! – плюется.
До слуха доносится вой сирены. Надо же, кто-то вызвал полицию. Люблю этот район. Бдительные соседи.
Сдаю ментам белобрысого. Все это время Юля обнимает Лию. Девочка уже не плачет. А стоит мне подойти к ним, тянет ко мне ручки. Беру ее на руки.
– Как хорошо, что ты успел, – вытирает слезы Юля. – Думала, что… – всхлипывает.
– Все хорошо. Теперь его закроют. Не думал, что он решится на такое, – ругаю себя мысленно, что не оставил охрану для девочек. Самонадеянный кретин.
Идем в сторону дома. Лия куда-то в сторону показывает пальцем.
– Цветы, – уточняет Юля.
– Это я услышал крики и бросил на автомате, – признаюсь.
Ставлю на ноги малышку, подбираю букеты и выкидываю в ближайшую урну.
– Жалко, – как-то по-детски вздыхает жена. – Красивые. Были.
– У меня есть еще кое-кто, – усмехаюсь и веду своих к машине.
– Кто?
– А вот, – открываю дверь, и Юля заглядывает в салон.
– Ой, какой милый, – берет котенка на руки. – А чей он? – смотрит то на меня, то на дочь.
– Наш, – пожимаю плечами. – Да? – спрашиваю девочку.
– Да, – кивает та и гладит котенка, смеется.
– А теперь домой, я жутко проголодался.
Юлия
Я жутко перепугалась, когда к нам с Лией подошел Глеб. Он пытался заговорить с дочкой. Но Лия его испугалась и спряталась за меня, обхватив за ноги. Тогда он начал угрожать мне. Что-то говорил, потом повысил голос.
– А твой урод еще пожалеет, что решил жизни меня поучить. Я ему устрою, – шипел от злости Глеб.
А затем присел:
– Ну что, пойдешь к папе? – и потянул руки к ребенку.
Схватил ее. И потянул к себе.
Лия тут же закатилась в истерике.
Успела ухватить ребенка за курточку и смогла прижать к себе. Глеб не останавливался…
Как вспомню – плакать хочется.
А теперь вот сижу на диване, в теплой гостиной и наблюдаю, как дочка с Владимиром, сидя на ковре, играют с котенком.
Шмыгаю носом.
– Ты чего? – обращает на меня внимание Ярцев. – Снова по новой? – усмехается, но как-то по-доброму.
– Да что-то никак не отпустит, – судорожно выдыхаю. Главное, чтобы дочь не заметила моих слез. А то тоже начнет плакать. – Боюсь даже представить, что было бы, не успей ты приехать.
– Зачем додумывать то, чего не случилось? – спрашивает и пересаживается ко мне.
Мы вместе смотрим на дочь с котенком.
Тепло, уютно, хорошо.
– Все же нужно ей в садик ходить.
– Чем ей дома плохо с няней? – спрашивает и удивленно на меня смотрит.
– Это же общение со сверстниками. Ребенку нужно социализироваться.
– Ладно, посмотрим. А что у тебя с учебой?
– Все хорошо. Сдаю зачеты.
– Так ты же не отлучаешься, когда успеваешь? – удивляется.
– Так дистанционно же большую часть сдаю.
– Точно, ты что-то такое говорила.
– Ой, бо, – запищала Лия.
Вскочила на ножки и с глазами полными слез подходит ко мне, обнимает за колени.
– Показывай, – просит ее Владимир.
Дочь послушно протягивает ладошку с царапинкой.
– Пойдем, покажу тебе волшебное лекарство от царапин, – берет ее на руки и уходит с ребенком в сторону кухни.
Я за ними. Стою в дверном проеме и подглядываю. Владимир рассказывает о том, какой волшебный пластырь. Нужно наклеить его и ничего болеть не будет. Так и делает, чуть подув на маленькую детскую ладошку.
– Ну, как?
Лия вытирает здоровой ручкой глазки, и на личике появляется улыбка. Тянет к мужчине руки, и тот снова берет ее на руки.
Владимир
Ужин, который готовит Юля, бесподобен. Она хорошая хозяйка, прекрасная мать. Дома я чувствую себя так, как никогда не чувствовал. Уютно, спокойно. Одним словом – хорошо. Не знаю, как мои родители прожили вроде бы и вместе, но это была лишь видимость. У матери – своя жизнь, у отца – своя. С разницей лишь в том, что одна жила в свое удовольствие, а второй прятался от реальности на работе. Так и жили.
Снова смотрю на то, как Юля купает дочь. Девчонка довольная плюхается в воде, смеется, что-то говорит на своем вперемешку со словами, которые понимает Юля.
Маленькая, хрупкая девочка. Вспоминаю ту ночь, которую провели вместе. Не смог себе отказать в близости с ней. Старался быть нежным. Хотелось ее зацеловать, заласкать. Она только такого отношения заслуживает.
Пока меня не заметили, скрываюсь у себя в комнате. Набираю Огнева.
– Извини, что отвлекаю, Ром. Сегодня задержали у моего дома Ланского. Не мог бы ты узнать, как там он поживает?
– Уверен, что ему там будет несладко. Все имеющееся у нас на этого мальчика в работе. Своим поступком он лишь сильнее себя притопил.
– Я бы его… – не выражаюсь. – Но он сам неплохо справляется. Но лишь бы больше не за счет спокойствия моей семьи.
– Не волнуйтесь, прослежу и доложу вам.