– Долгое время городской совет поддерживал мои начинания, – наконец проговорил супруг. – Сам Сайрус не раз помогал мне продвигать полезные для города инициативы. Но, если подумать, в последнее время он действительно стал проявлять чересчур живой интерес к делам СМТ. Большинство ограничений и проверок на производстве были инициированы по его приказу.
– Все это началось после взрыва кристаллов?
– Или раньше, – вдруг вырвалось у меня. Две пары глаз мгновенно обернулись ко мне, заставив зябко поежиться от столь пристального внимания. – После пожара в поместье законники прибыли рано утром. У них имелись приказ об отзыве лицензии и готовое разрешение на вывоз лаборатории, подписанное лордом Ранье. А ведь глава городского совета утверждал, что запрещает будить себя по ночам. И даже действительно важные дела – не повод для раннего визита.
Майло кивнул, подтверждая мои слова.
– Да, обычно Сайрус категорически отказывался вести с кем-либо дела раньше полудня.
– Выходит, лысый стервятник был в курсе всего, что происходило у тебя в последнее время. – Лорд Сантанильо сделал большой глоток из чашки, которую сжимал в пальцах. – И моментально отреагировал, как только подвернулся подходящий случай. Если не предположить, что спровоцировал его.
На несколько секунд в гостиной воцарилась тишина.
– А что до обвинений господ законников, леди Осси и лорда Террини…
– Мои люди уже занимаются этим, – моментально откликнулся адвокат. – Пока вы спали, я успел нанести визит нашему доброму приятелю Себастьяни. Мне несказанно повезло застать его почти трезвым и выяснить несколько очень любопытных вещей, в том числе касательно наших общих знакомых. Так вот, пару дней назад у Сайруса и Фабиано состоялась любопытнейшая деловая встреча, на которой лорд Ранье за стаканчиком отменного крепкого ромвейна красочно расписал Себастьяни неутешительное будущее, которое ждет СМТ с учетом всех текущих трудностей, а после… – Он сделал короткую паузу, нагнетая обстановку. – Предложил выкупить его долю.
– Что? – вскинулся Майло. – На какие средства?
Лорд Сантанильо жестко усмехнулся.
– Себастьяни упоминал почтенные семейства Террини и Осси.
Я вздрогнула. Лорд Террини и леди Осси присутствовали на слушании, и после слов адвоката их участие в деле лорда Кастанелло уже не казалось мне случайным совпадением. Кажется, Майло был прав, когда предположил, что весь суд – не более чем повод добраться до СМТ и прибыльных разработок.
– Как я успел выяснить, Террини и Осси – главные политические союзники Ранье, – проговорил лорд Сантанильо. – Осси вкладывают средства, а Террини покрывают кое-какие сделки Сайруса на сером рынке. Как видишь, общие интересы налицо.
– У Сайруса, Освальда и Олейнии даже вместе взятых не наберется таких денег, чтобы подобную сделку признали законной.
Лорд Сантанильо чуть подался вперед, глаза его гневно вспыхнули.
– Вот поэтому Сайрусу выгодно выставить СМТ в дурном свете и добиться твоего осуждения.
– Когда состоялся разговор?
– По словам Себастьяни, на прошлой неделе, – чуть подумав, ответил адвокат. – Впрочем, я бы не стал полностью доверять его памяти. Сам знаешь, речьотти с утра, ромвейн к обеду…
– И что ответил Фабиано?
– Отказался, конечно. В отличие от тебя, в числе его вредных привычек не значится доверие к проходимцам всех сортов и мастей.
И после отказа лорд Ранье задействовал леди Олейнию Осси, законников и все ресурсы, чтобы заполучить фабрики. Эта продуманная атака в итоге увенчалась успехом: лорд Кастанелло попал под следствие, Даррен оказался спрятан неизвестно где. А я… я невольно послужила отличной пешкой, предлогом для того, чтобы развязать законникам руки и перейти к решительным действиям.
– Весь суд, скорее всего, простая фикция, – подытожил адвокат лорда Кастанелло. – Сайрусу нужно было отыскать рычаг давления на тебя как на главу СМТ, и, вытащив на свет Даррена, он его нашел. Теперь в случае твоего осуждения все твое имущество по распоряжению суда перейдет во владение совета и городскую казну, а это все равно что лично к Сайрусу. Даррена признают невменяемым или назначат опекунство до совершеннолетия, а Себастьяни, при всем моем уважении, после смерти горячо и нежно любимой им сестры больше не в состоянии вести дела. Что до твоей дражайшей супруги… – Он бросил на меня колючий взгляд. – Вы, миледи, в лучшем случае окажетесь на улице без гроша в кармане. Хотя, полагаю, в вашем случае куда вероятнее развод и возвращение на костер.
По спине пробежал неприятный холодок. Я обхватила себя за плечи, стараясь унять дрожь.
– Я не позволю этому случиться, – проговорил Майло.
Лорд Сантанильо ответил супругу кривой усмешкой.
– Как и я. Не хочу, знаешь ли, портить себе репутацию, раз уж пришлось взяться за это дело. Разок проиграешь в суде – и от обвинений в адвокатской несостоятельности придется отмываться пару лет. А у меня в Фиоренне назревает крупное дельце…
– И что ты предлагаешь?
