«Святые румяна, он идет за мной! — кричу про себя. — А вдруг он какой-нибудь псих? Или, может, подослан дядей Улданом? Хочет заговорить мне зубы и... того-с… увезет куда глаза глядят…»
Буквально лечу в дамскую комнату, даже ни разу не оборачиваюсь, судорожно достаю из кармана телефон и звоню Льву:
— Возьми трубку… возьми трубку… О, Лев! Ты не очень занят? Можешь, пожалуйста, забрать меня из ресторана, куда ты меня привез?
— Что случилось, Эва? — спрашивает он холодно.
— Я… м-м-м… — признаваться, что ко мне пристал какой-то тип, не хочется. Мало ли, может быть, господин Царь изволит меня неправильно понять. — Меня что-то тошнит…
— Хорошо, милая… — коротко отвечает он.
И я вздыхаю с облегчением.
В животе порхают бабочки. Милой назвал, ух ты! Так приятно, что хочется танцевать.
Только хочу отпереть дверь, как слышу из коридора:
— Эвелина, ты чего так долго?
Ну это уже вообще наглость, кажется Санёк поджидает меня под дверью. Нет, я не выйду из дамской комнаты, пока Лев не приедет. Не выйду! Не начнет же этот умалишенный ломать дверь, правда? Тогда сбежится охрана ресторана, должны же у них быть охранники, так? На худой конец официанты!
И тут вдруг слышу сквозь дверь:
— Что вы здесь делаете? — интересуется зычный мужской бас.
— Я… э… жду подругу…
Ах, я уже подруга! Ничего себе скорость!
— Я ему не подруга! — пищу из-за двери.
— А ну-ка попрошу на выход! — опять слышится мужской бас.
«Фух, кажется, приставалу нейтрализовали…» — облегченно вздыхаю я.
Выхожу. И правда, блондина след простыл, зато меня дожидается обходительный брюнет столь же гигантских размеров, что и мой будущий супруг.
— Девушка, всё в порядке? — интересуется он вежливо.
— Супер! — киваю ему.
Тогда же:
Лев
У меня сердце екает, когда слышу панический голос Эвы: «Можешь, пожалуйста, забрать меня из ресторана?»
Мгновенно жалею, что привез ее туда, оставил одну. Я ведь еще даже до офиса не успел доехать, когда она позвонила. Значит, совсем не побыла с белобрысым уродом, значит, не понравился он ей.
— Поворачивай обратно! — приказываю водителю.
Самое важное — она позвонила не в такси и не своему телохранителю. Мне! Получается, меня считает своим защитником, получается, я для нее важен.
И снова я плавлюсь… как золото в металлургической печи. Грудь щемит, а по крови гуляет огромное количество эндорфинов.
Я спешу к моей девочке, к моей дорогой, любимой девочке.
Я люблю Эву…
Да, вашу мать, я ее люблю. Сюрприз, сюрприз, дошло, наконец! Всё, поздно, я уже попал на крючок, встрял надежно, по самое не балуй. Глупо было сопротивляться этому чувству, ведь оно уже есть, так просто из груди не выдерешь, вросло в меня, прописалось в моей ДНК.
«А Эва меня любит?» — вдруг задаюсь вопросом.
Черт ее знает… Она об этом никогда не говорила, да я и не спрашивал. Ведь она мне не за красивые глаза досталась, а за звонкую монету. Я ей приятен, знаю. Но любит ли? Если же нет, полюбит ли?
Возможно, вместо того, чтобы проверять ее на вшивость, мне стоило за ней поухаживать, сделать что-то, чтобы заслужить ее внимание, благосклонность. Но ведь она уже моя, и всё ее внимание принадлежит мне. Стоит только щелкнуть пальцем, и Эва сделает всё, что я прикажу. Но понравится ли ей это?
Хороший поступок поспособствовал бы появлению нежных чувств к моей скромной персоне. Если бы я что-то сделал для Эвы… А я сделаю. Вот возьму и сделаю, отвезу Эву на острова, проведем вместе неделю или даже две после свадьбы в медовый месяц. Почему нет?
Давно пора втиснуть Снегирька в свой график.
Эвелина каждый день спрашивает: «Занят ли ты вечером? Есть ли у тебя время?» Только я обычно занят, расписание забито под завязку, и для невесты там лишь короткие окна. Знаю, это не очень способствует зарождению любви с ее стороны.
Меня достали бесконечные цейтноты, заботы, проблемы. В сутках определенно должно быть больше двадцати четырех часов, чтобы хватало времени на всё. И тем не менее часов всего двадцать четыре.
«Если времени на самое любимое не хватает, значит, у тебя просто неверно выстроены приоритеты!» — любил повторять дед, пока был жив.
Возможно, пришел момент, когда мне нужно поставить Эву в приоритет.
Любить — это глагол, это действие. Почему бы мне действиями не показать, какие у меня чувства к собственной невесте. Может быть, она и свои проявит. Мне бы этого очень хотелось…
Приказываю водителю поспешить, и через несколько минут я уже у ресторана.
Вылетаю из машины и спешу навстречу большому чувству.
Большое чувство ждет меня за дальним столиком, поедая ванильное мороженое. Чувствую его вкус, когда целую Эву в губы.
— Привет… — шепчет она, когда присаживаюсь рядом.
— Как ты себя чувствуешь? Еще тошнит? — спрашиваю заботливо, обнимаю Эву за плечи.
Интересуюсь для галочки. Мне прекрасно понятно, что позвонила она совсем не из-за тошноты, должно быть, хотела показать блондину, что у нее уже есть мужчина. И мне это более чем приятно.
— Уже прошло, извини, что отвлекла тебя от дел, — лепечет Эвелина.
— Это ничего, — машу рукой. — Где организатор свадеб? Не пришел?
— Еще нет, — качает она головой. — С ним что-то случилось…