Но Дэн был с ней согласен.
Из-за мягкого успокоительного, что вколол ей доктор еще в салоне флайера, девушка уснула прямо в медсканере, но тот, как и портативный диагност Вениамина, не выявил ничего подозрительного кроме переутомления. Поручив Рыжему отнести Мию в ее каюту, доктор вплотную занялся Тедом: еще раз осмотрел его нос, выдав тюбик противоотечной и охлаждающей мази, а затем неумолимо вручил свежий компресс для уже совсем другой части тела. Но теперь пилот уже мог позаботиться о себе сам.
Вениамин так умаялся из-за переживаний за своих олухов что, оставшись на ночное дежурство в медотсеке, отключился прямо на неразобранной койке в закутке за шкафчиком. Как бы не отбрыкивался Теодор, доктор все же подозревал у него сотрясение мозга и, не обращая внимания на его аргументы против, подключил пилота к монитору и скомандовал отбой. В такие минуты всегда оптимистичный и покладистый Веня был куда убедительнее даже грозного капитана и пилот обреченно затих.
После таких приключений на сон грядущий тот навалился на доктора венерианской, непомерно разросшейся анаэробной клеткой и бедолаге почудилось, что он бредет по почему-то совсем темному, без привычной ночной подсветки, коридору транспортника, бредет наверное уже с полкилометра и никак не может достичь родной пультогостиной.
Вениамин дернулся, напряг все силы и наконец мешком вывалился в непривычно пустынную комнату — без привычного бардака и розового диванчика. В холодной и почти стерильной пультогостиной не было ни души, разве что шоаррская лиса неподвижно и по-хозяйски уверенно расположилась за капитанским пультом. Круглая, светящаяся фиолетовым башка со скрипом развернулась в сторону замершего доктора, глаза ярко вспыхнули зловещим алым светом.
— Внимание! Режим "Лживый кусь" с градацией "Безлимитно" активирован! — глухо провыло из недр игрушки, лиса упруго подскочила под самый потолок и в этот момент Веня не выдержал и закричал. В себя он пришел на прохладном полу медотсека, умудрившись без особых ушибов свалиться с койки во сне и даже не разбудил Теодора. Парень лишь неразборчиво пробормотал что-то во сне и повернулся на другой бок.
Вениамин шумно перевел дух и почувствовал, что имбирный эль, так опрометчиво распробованный им на фестивале, живо напомнил о себе.
Уже выходя из санузла, доктор заметил неяркое, но совсем не ночное освещение в проеме выхода в пультогостиную и решил было что это молодежь снова решила устроить полуночное чаепитие с чипсами и сгущенкой, но к своему удивлению обнаружил в кухонной зоне Станислава, увлеченно помешивающего в большой кастрюле с чем-то багровым и пахучим. Первым делом он опасливо нашел взглядом лису — но та и не собиралась зловеще, как во сне пялиться на него и безмолвной тушкой тихо сидела на полу у диванчика.
— А чем это ты тут занят, Славик? — озадаченно спросил его Вениамин.
— Решил дать пьянству бой, дружище. — капитан неловко усмехнулся и доктор понял, что того снова безжалостно накрыла бессонница. — Оставил твою пару бутылок красного для кроличьего рагу и надумал вот сварить безалкогольный глинтвейн. Зря мы что ли натуральными продуктами на Новой Ибице закупились? Вот виноградный сок и пригодился. Будешь?
— Буду. — согласился Веня, присаживаясь за стол и наблюдая как друг детства сосредоточенно разделывает лимон на тонкие ломтики и кучку ароматной цедры. — Но все это не просто так, верно? Тебя снова что-то гложет?
— Вроде того, — махнул ножом Станислав, отправляя свою добычу в начинавшую медленно закипать кастрюлю и принялся рыться в пухлом бумажном пакете, где Полина обычно хранила специи. — Теперь когда этот подонок уже в аду, если кто-то еще в это верит, мне придется думать откуда и куда по нам прилетит следующий удар.
— Ты о Драной Кошке? — сразу понял откуда ветер дует проницательный Веня. — А есть вероятность, что до нее наконец-то дойдет информация что тот зашифрованный пакет данных из памяти Майлуса уже давно в заботливых руках киберспециалистов из ПСБ и ей за нами гоняться уже незачем?
— Навряд ли, — дернул подбородком Стас, щедро отправляя в последнее плавание палочку настоящей корицы и немного уже готовой смеси для глинтвейна. — Ты не забыл, что ее очень впечатлил наш пилот? Чем — не знаю, но догадываюсь, наверное и ты тоже. А если у женщины уязвлено самолюбие, то это страшно. А уж у отвергнутой женщины — страшнее вдвойне. Да и еще Дэн ей чем-то насолил..
— Возможно ты и прав, — тяжело вздохнул доктор, принюхиваясь к ароматному парку от кастрюли. Он и сам любил и умел готовить этот напиток по классическому рецепту из настоящего вина, но и от такого варианта не отказался бы. — Но судя по ее поведению — у этой Вероники наблюдаются проявления нимфомании вкупе с манией величия. Плюс не слишком типичная агрессивность для женщины. И я думаю, что когда она не смогла заполучить и Рыжего для обкатки так сказать, тот стал для нее навязчивой идеей. Как и ее желание заполучить Мию чтобы шантажировать нас.