Я медленно вытащил руки из карманов. Крепко сжав правой рукой рукоять молотка, я положил её на предплечье, с внешней стороны куртки.
Там стояли двое мужчин, курили и ждали, когда смогут выйти, открыв гриль. В свете сигарет и света из коридора их дыхание было неотличимо от поднимающегося над ними дыма. Я не мог разобрать, был ли кто-то из них Карпентером. Надеюсь, что нет. Размахивать молотком над двумя – не лучший вариант для вечеринки, а Карпентер наверняка был вооружён.
Они продолжали разговаривать, пока решётка со скрипом открывалась, и один из них не вылезал на лёд. Затем решётку закрыли, оставив по одному с каждой стороны. Может, всё обойдётся. Тот, кто уходил, коротко посмеялся со своим другом, который теперь выглядел как заключённый за решёткой. Затем, уходя, он захлопнул деревянную дверь, потирая руки от холода. С такого расстояния я не слышал, как задвигаются засовы.
Я разглядел очертания бейсболки, когда он двинулся к машинам. Я всё ещё не мог понять, был ли это Карпентер.
Мужчина направился к машине 5 серии, которая была припаркована боком ко мне, лицом к дому, затем раздался звон ключей.
Я всё ещё не мог его опознать. Мне нужно было подойти поближе. Он будет там какое-то время, соскребая лёд с лобового стекла.
Ноги стали ватными после долгого стояния. Потянувшись, я вышел из темноты, пытаясь хоть немного разогнать кровь.
Нас разделяло всего около шестидесяти футов, но когда он приблизился к БМ, я все еще не был уверен, что это он.
Дверь машины открылась, и свет салонного света упал ему на спину, когда он наклонился и завёл двигатель. Выхлопные газы наполнили воздух, когда он засунул ногу внутрь и нажал на газ. Затем он включил фары. Они ярко светили в сторону от нас обоих, но вырисовывали его силуэт. Я сразу узнал Карпентера.
Я в последний раз огляделся, чтобы убедиться, что местность свободна. С этого момента я сосредоточусь исключительно на цели, которая теперь находилась в десяти метрах, надеясь, что шум двигателя скроет мои движения.
Он сосредоточил внимание на лобовом стекле, все еще стоя спиной ко мне, пока наклонялся, чтобы очистить его ото льда.
Я не отрывала глаз от его головы, которая двигалась вперед и назад в облаке дыхания.
Он, должно быть, услышал меня и начал оборачиваться. Я был не более чем в пятнадцати футах от него, но слишком далеко, чтобы быстро среагировать. Мне оставалось только продолжать идти, но теперь слегка свернуть влево, как будто я направлялся к дороге. Я опустил голову, не желая смотреть на него, и приблизился к задней части машины, держа руки под мышками, пряча оружие. Пришлось предположить, что он разглядывает этого придурка, который решил, что может разгуливать по такой погоде без шапки и перчаток.
Весь мой мир был сосредоточен на этом человеке, ожидавшем, когда снова заслышу шум скрепера. Я уже почти проехал мимо, приближаясь к багажнику BMW, когда он наконец зазвучал снова.
Скрип, скрип, скрип.
Пришло время поднять глаза и снова найти свою голову, которая покачивалась вверх и вниз в такт шуму.
Скреби, скреби, скреби.
Поддерживая молоток левой рукой, я провел рукой по рукоятке и крепко сжал ее.
В этот момент он снова взглянул на дорогу.
Я тоже видел, как четыре белых «Витары» DTTS с визгом тормозов затормозили у многоквартирного дома на другой стороне дороги. Мне ничего не оставалось, как пройти мимо, когда из машин выскочили люди в чёрном и вбежали в здание, оставив водителей стоять снаружи с дубинками в руках.
Я добрался до дороги и свернул налево к кольцевой развязке, ни разу не оглянувшись. Я слышал крики и звук бьющегося стекла – это сотрудники DTTS занимались своими делами в многоквартирных домах в дневное время.
Я ругался про себя, но в то же время радовался, что они не появились на несколько секунд позже. Теперь меня беспокоило, что он может оказаться там, когда я вернусь домой за необходимыми вещами.
Я воспользовался первой же возможностью, чтобы снова повернуть налево, съехать с дороги и вернуться в многоквартирный дом, когда БМ проезжал мимо меня, направляясь к кольцевой развязке.
Я выехал из города на запад, следуя указателям по Таллинскому шоссе, до места под названием Кохтла-Ярве, примерно в двадцати милях отсюда. Дорога не преподнесла мне никаких сюрпризов. Машина подпрыгивала на месте, скользя по разным слоям асфальта подо льдом и слякотью. Я не мог жаловаться; я просто был рад, что машина снова завелась.
Я проехал через пару небольших городков, стараясь избежать водителей автобусов и грузовиков, которые хотели, чтобы я присоединился к их смертельной гонке. Дорога должна была быть двухполосной, но всё сложилось иначе: все ехали по центру, потому что там было меньше льда и больше асфальта. Увидев указатели на Воку, я мысленно отметил время, прошедшее с выезда из Нарвы. Позже мне понадобится эта дорога.
