Я сосредоточился, глядя туда, куда мы едем, на кричащих в фойе русских и внезапно замолчавших японцев. Всё остальное не имело значения.
Прошло ещё четыре-пять секунд, и люди в отеле не только увидели, что произошло, но и успели это осознать. Мозгу, не привыкшему к обработке подобной информации, требуется время, чтобы осознать: «Ага, всё верно, на полу лежат два трупа, а другие с автоматами кричат и бегают по фойе». А потом, как только один начинает истерить, истерику начинают бить все.
Я свернул в фойе, направляясь к выходу. Кошмар появился у главных дверей, он творил что-то с одним из БГ, кричал и вопил по-русски и отталкивал руки от тела.
Я находился в шестидесяти футах от них.
Японцы последовали примеру всех остальных, бросившись в укрытие и прячась за диванами, утаскивая за собой близких. И это было здорово: чем больше они паниковали, тем меньше видели.
Двухтональный сигнал тревоги заглушил крики, и я поспешил так быстро, как только мог.
Кошмар был рядом, осматривая мою спину, пока он прикрывал БГ. Крепко схватив Вэла, я потянул его за собой. Он фыркал, как лошадь, задыхаясь.
Сквозь окна яркий свет фар трех «Мере» освещал внедорожник Сергея с открытым задним бортом, ожидавший меня и Вэл.
За крышами домов «Мирес» я увидел Джесси и Фрэнка с развёрнутыми прикладами АК в плече, дулами в землю. Троих водителей Вэла уже вытащили из своих мест, и они лежали лицом вниз на тротуаре.
Карпентер находился слева от конвоя. Он тоже держал оружие направленным вниз. Должно быть, он прикрывал другую группу. Все трое выпускали пар, как из чайников.
Сергей будет сидеть в фургоне и ждать, когда я выйду из этого сумасшедшего дома.
За девять метров до цели началась Третья мировая война. Я услышал серию коротких очередей из девятимиллиметрового оружия, вспышки отражались от окон, словно фотовспышки. Это был Карпентер, расстрелявший BG изрядную часть магазина. Затем выстрелы потонули в криках в фойе. Это было похоже на крушение «Титаника».
Я не мог поверить своим глазам. Темноту снаружи озарили ещё больше вспышек выстрелов, а громкие выстрелы Джесси и Фрэнка калибра 7,62 эхом разносились по зданию. Водители, должно быть, потянулись за оружием, думая, что они следующие. Кошмар застыл на месте, дрожа от страха, стоя над последним БГ. Он смотрел на меня, ожидая указаний.
Я мельком взглянул на БГ. Его глаза горели, словно выжидая возможности сбежать от этой банды. Я ничего не мог сделать для Найтмера, который начинал сильно нервничать. Придётся ему самому разбираться.
Я ни за что не собирался выходить через парадную дверь, когда вовсю шла перестрелка, тем более, что не знал её исхода. Развернувшись к коридору, я потащил Вэла как можно быстрее, чуть не споткнувшись о швейцара и коридорного, которые валялись на полу под открытым небом, оцепенев от страха и не в силах пошевелиться.
Я вернулся в угол коридора. Мужчина всё ещё рыдал, скорбя о жене, в лифте. Её ноги, в телесных чулках и практичных туфлях, высовывались в коридор, когда двери открывались и закрывались.
Женщина всё ещё была там, вполне владея собой. Она просто стояла и смотрела, даже не потрудившись вытереть с лица кровь и плёнку БГ.
Истерика усилилась, когда пули засверкали в защитном стекле у входа. БГ, очевидно, воспользовался шансом и вскочил на ноги, стреляя на ходу. Кошмар получил очередь в свой незащищённый багажник и рухнул на двух японских туристов, которые остались на месте, слишком потрясённые, чтобы двигаться.
БГ направился ко мне, держа в правой руке мини-Узи, а ремень перекинут через плечо.
Что он собирался сделать? Он не мог открыться мне, не задев своего босса.
Развернув Вэла лицом к его BG и защищая себя, я поднял свой 88-й. Против его бронежилета я мало что мог сделать, даже если бы мог поразить движущуюся цель на расстоянии пятидесяти футов одной рукой из пистолета. Пришлось ждать, пока он не подойдёт ближе.
Я выстрелил в него с расстояния примерно девяти метров и продолжал стрелять, целясь ниже центра тяжести. На таком расстоянии целиться в голову было бессмысленно.
Я расстрелял как минимум половину двадцатизарядного магазина, не зная, упадёт он или нет, когда услышал его крик и он упал, подкосив ноги. Мне было всё равно, куда я его попал, главное, что попал.
Таща Вэл, я прошёл мимо стойки регистрации, стараясь не попасть под видеокамеру, и направился к магазину. Теперь я шёл один, предоставив контакту снаружи разбираться самому.
Деньги были у меня в руках, и я не собирался их отдавать. Я свернул направо, в широкий коридор, направляясь к задней двери парковки. Я знал, куда мне нужно идти; время на разведку редко тратится впустую.
Проходя мимо конференц-залов и бизнес-центра, я потащил Вэла по толстому ворсистому ковру. Нам обоим было трудно дышать. Мне — от страха и физического напряжения, ему — от удушья.
Не стоило оглядываться. Если бы случилась какая-то драма, я бы сразу понял: в меня бы стреляли.
Люди съеживались в дверях, видя наше приближение. Меня это вполне устраивало.
