Гайемцы, видя, что старуха спокойно говорит с путниками, постепенно приближались к ним. То ли, чтобы самим познакомиться с чужестранцами, то ли для того, чтобы в любой момент защитить старуху от них. По-видимому, она была у них своего рода старейшиной, и её очень уважали и прислушивались к её мнению. В любом случае, круг вокруг нэшу неумолимо сужался.
— Что заставило вас явиться сюда? — казалось, вся деревня вопрошает об этом её устами.
— Нас очень обеспокоили слухи, которые идут о Вашей стороне, почтенная, — взял слово Онэлл. — Мой отец, — Хайц немного выдвинулся из группы и поклонился старухе, — родом из Демезы.
Это заявление немного успокоило гайемцев. Ещё бы, кто из них хотя бы раз не был в Демезе, одном из самых крупных городов Гайемской стороны.
— Он хотел бы знать, всё ли в порядке с его семьёй. Разумеется, мы не могли отпустить его одного в такое трудное, а, возможно, и опасное путешествие, в неизвестность. Наши семьи полностью поддержали нас. Оно и понятно. Каждый из нас хотел бы, чтобы в трудную для него минуту к нему пришли на помощь. Ведь даже само беспокойство о твоей судьбе не может не радовать. И сейчас мы направляемся туда. И очень надеемся, что все наши тревоги напрасны.
— Боюсь, у ваших опасений за их судьбу есть очень веские причины. — старуха сокрушённо покачала головой. Жители деревни кивали, полностью соглашаясь с ней. — Но лучше мы обсудим это не на улице, а в более удобном месте. К тому же, вам всем не мешало бы отдохнуть с дороги и хорошенько подкрепиться…
Путники не ошиблись. В гостинице, действительно, никого не было. И, похоже, пустовала она уже очень давно. Им отвели самые лучшие комнаты, благо иных претендующих на них не было. В большом зале, который, видимо, в лучшие, более спокойные времена, служил в качестве столовой, сдвинули столы и накрыли ужин.
Нэшу дали спокойно поесть, не отвлекая их расспросами. Хотя было видно, что гайемцам не терпится узнать побольше о своих гостях. И ещё больше о том, каким образом они могут помочь им. Но стоило только путешественникам закончить ужинать, вопросы посыпались один за другим. Отвечать на них не было никакой возможности. Гайемцы говорили быстро, перебивая друг друга. Не ожидая подобного поворота событий от вроде бы притихших гайемцев, нэшу поначалу растерялись. Но вот Флэймен поднял руку, прося внимания. Буквально мгновенно наступила тишина.
— Мы понимаем, у вас множество вопросов к нам. И мы все их проясним. Но только по порядку. Давайте, я начну, и если и после моего рассказа у вас ещё будут какие-то вопросы, то мы с радостью ответим, на которые сможем. Договорились? Ну что ж, тогда начнём…
Гайемцы внимательно слушали рассказ Флэймена. Когда он упомянул нэшу, все невольно вздрогнули. А когда он сказал, что они сами являются нэшу, выражение лиц многих из присутствующих сильно изменилось; из благожелательного оно резко превратилось в злое, практически враждебное. Только старуха всё с тем же дружественным интересом, что и прежде смотрела на рассказчика.
— Наша сестра, — продолжал Флэймен, — в сопровождении Братьев Ополиса сейчас тоже направляется сюда. И, я считаю, их присутствие в Гайемской стороне будет очень кстати. Мы все должны признать, что саринцы лучшие воины на всём Кайдисе, а моя сестра, как вы сами понимаете, нэшу. И этим все сказано. Ничто и никогда не сможет сравниться с женщиной — нэшу. Она настолько обеспокоена дошедшими до неё слухами, и, несомненно, встречей с этим странным существом, что прервала своё путешествие во Внешний мир. А оно было для неё очень важным.
— Неужто браслеты? — поинтересовалась старуха.
— Именно. — подтвердил её догадку Флэймен.
— Тогда дела действительно плохи. Всё будет даже гораздо хуже, нежели обстоит сейчас, раз уж нэшу решила, что будет лучше отправиться к нам, чем раздавать свои браслеты. А ведь нэшу очень серьёзно относятся к раздаче своих браслетов, — старуха покачала головой. — Не нравится мне всё это. Ох, как не нравится.
— Да, нам это тоже очень не нравится. Нэшу нечего здесь делать, нам их помощь и помощь других «внутренних» не нужна.
Из-за стола встал коренастый мужчина лет сорока пяти — пятидесяти. Гайемец был очень резок в своём заявлении, но большинство находящихся в зале дружно его поддержало. Похоже, ему было не впервой выступать от имени других. Гайемец, не спеша, обошёл всех собравшихся в гостинице жителей деревни, никого не оставив без внимания, и снова сел на своё место. Обстановка в столовой накалялась.
