– Если это упрёк, то напрасный. – Тау сам понимал, что ловушка захлопнулась именно для него. – Я вовсе не просил ни тебя, ни кого другого о помощи.
– Нет, это не упрёк. Но стоит тебе напомнить, что я прихватил с собой припасы для нас двоих. Они помогут нам продержаться здесь ещё какое-то время. А там, кто знает…
– Действительно. Тут ты прав. – эрг на какое-то время задумался. – Говоришь, Пьюма сильно переживала за меня?
– Да. А с чего это вдруг ты вспомнил о ней?
– Просто… Подумалось тут… Когда ты читал о своей нэшу, ты упомянул ещё о двух нэшу и человеке. Может быть, волнение Пьюмы как-то связано с одним из этих мужчин. Интересно, если это так, то с кем именно и находятся ли они по-прежнему в Шонкейт. – Тау очень надеялся, что его предположения верны, но нужно было убедиться в этом.
– Ну, это просто узнать. Ты помнишь, где находится зал эльфов?
– Точно не скажу, но со второй, в крайнем случае, с третьей попытки мы его найдём.
– Тогда – на поиски! – Ейсен помог Повелителю подняться. – Всё равно больше здесь заняться нечем…
Зал эльфов отчасти напоминал Шонкейт. Прежний Шонкейт. Отовсюду веяло спокойствием леса. В воздухе неуловимо слышался запах свежей листвы. Посреди зала среди книг сидели двое. Ейсен был явно чем-то обескуражен.
– Что же это такое? Десятки, если ни сотни лет мы не слышали о нэшу. Точней не сталкивались с ними, тем более на нашей же земле. И тут такое! Неужто чары нэшу исходят и от их мужчин?
– Не думаю, что дело здесь в каких-то чарах. – возразил ему Тау. – Но давай сейчас не будем обсуждать сердечные дела Пьюмы. Я думаю о другом.
– О чём же? Если не секрет, конечно.
– Я думаю, у нас есть надежда.
– Почему ты так решил? Только из-за того, что нэшу известно о твоём исчезновении? Что из этого? Какой интерес нэшу спасать наши, точнее твою жизнь? – Ейсену по-прежнему не было понятно, как связаны Повелитель Дэвинетт и нэшу. – А даже если таковой имеется, каким образом им это удастся? Как они смогут вытащить нас отсюда? Ведь вход, а значит и выход из Тинте один. Другой, если и есть, что, конечно же, вряд ли, никому не известен.
– Извини, но я не могу ответить на твои вопросы. Хотя бы потому, что не знаю ответа практически ни на один из них. Но почему-то мне хочется верить, что нэшу не оставят нас в беде. Именно нас, ведь о тебе им тоже известно. Они не допустят, чтобы мы погибли в этом подземелье.
Поняв, что не добьётся от Дэвинетта большего, Ейсен решил прекратить приставать к нему с расспросами. Вскоре ему было уже всё равно, кто придёт за ними, и каким образом их спасители попадут в библиотеку. Тело болело от многочисленных ушибов после огромного количества не принёсших успеха попыток выбраться на поверхность. Надежд на спасение с каждым днём оставалось всё меньше и меньше, также как и запасов пищи и воды, несмотря на жёсткую их экономию…
«Кажется, за нами следят»
Первое время ехали молча. Молча ели, молча спали, молча вставали и молча снова двигались в путь. Да и о чём можно было говорить. Никто и представить себе не мог, что люди пойдут на такие зверства. Ужасная смерть старейшины потрясла всех до глубины души, но хуже всего было Сцо-Йат-Толло. Бедняжка даже не могла спокойно спать, всю ночь её мучили кошмары, она вскрикивала во сне и вздрагивала как будто от ударов. Саринцы по очереди караулили её сон.
Первым возле Сцо остался Асми. В какой-то момент ему показалось, что где-то позади их импровизированного лагеря промелькнула чья-то тень. Он неслышно встал со своего места, так же неслышно подошёл к Махифу и легонько толкнул того в плечо, знаком попросил Махифа временно занять его место возле Сцо-Йат-Толло, а сам направился проверить себя. Асми несколько раз обошёл вокруг лагеря с каждым разом не на много, но увеличивая осматриваемую им территорию. Он был максимально внимателен ко всем мелочам, но так ничего подозрительного и уж тем более следов пребывания кого-либо постороннего возле их лагеря не обнаружил.
Наутро Махиф не стал задавать вопросов, сочтя недолгую отлучку Асми естественной надобностью. Сам же Асми тоже не стал распространяться по этому поводу. Да и зачем? Ведь он так ничего и не обнаружил. А говорить о том, что ему якобы что-то показалось…