Вакс не стал останавливаться. Терять друзей было частью жизни законника; с ним такое случалось чаще, чем хотелось бы. Однако после того, что произошло в Эленделе шесть месяцев назад… Вакс точно не знал, как переживет потерю Уэйна. Он собрался с силами, переходя в следующий вагон, потом открыл багажное отделение ближайшего купе и замер.
Слабые голубые лучи исходили из другой части вагона. И они двигались!
Вакс поспешил туда. Следом, высоко держа лампу, кинулась встревоженная Мараси. Лучи исходили из-под пола одного купе. На полках здесь не оказалось багажа, а на полу — мусора. Отдельное купе, которое во время этого рейса никто не арендовал.
Вакс вбежал, рывком откинул крышку багажного отделения в полу — и на него, моргая, уставился Уэйн. Волосы всклокочены, рубашка расстегнута, но, насколько можно было судить, несвязанный. Если уж на то пошло…
Вакс присел, и свет лампы Мараси озарил то, что скрывала от него нависающая крышка багажного отделения. Там оказалась еще и Ме-Лаан. Без блузки. Совершенно не стесняясь своей наготы, она села и провозгласила:
— Мы остановились! Что, уже приехали?
— Ну и откуда я мог знать, что на нас нападут какие-то ржавые бандиты? — воскликнул Уэйн, теперь подобающе одетый, но по-прежнему со взлохмаченными волосами.
Вакс слушал вполуха. Железнодорожные чиновники выделили им отдельную комнату на вокзале. Он знал, что должен сердиться, но испытывал в основном облегчение.
— Оттуда, что это ведь мы! — скрестив на груди руки, ответила Мараси. — И мы направляемся туда, где сложилась опасная ситуация. Ты мог бы хоть нам сказать, чем занимаешься. — Она помедлила. — Кстати, как тебе вообще такое пришло в голову?!
Сидевший напротив Уэйн опустил голову. Ме-Лаан, прислонившись к стене у двери, смотрела в потолок, всем своим видом старательно изображая невинность.
— Двигался дальше. — Уэйн ткнул пальцем в Мараси. — Как ты велела.
— Ты не двигался дальше! Ты бежал на полной скорости. Ты мчался как пуля, Уэйн.
— Не люблю что-то делать вполсилы, — положив руку на сердце, с мрачным видом ответил он. — Прошло немало времени с той поры, как мне удалось с кем-то потискаться, а все из-за моей усердной моногамной идеализации красивой, но недоступной…
— И каким образом, — перебила Мараси, — тебе удалось не услышать звуков боя? Там стреляли, Уэйн. Можно сказать, у вас над головой!
— Ну, видишь ли… — проговорил он, краснея. — Мы были очень заняты. И мы находились внизу, рядом с рельсами, а они производят много шума. Нам требовалось уединенное местечко и… ну, ты понимаешь… — Уэйн пожал плечами.
— Тьфу! — выпалила Мараси. — Ты хоть понимаешь, как переживал Ваксиллиум?
— Меня в это не втягивай, — закидывая ноги на соседнюю скамью, предупредил Вакс.
— А, так ты его поведение одобряешь?! — поворачиваясь к нему, воскликнула Мараси.
— Господи, нет! — запротестовал Вакс. — Если бы я одобрял половину из того, что творит Уэйн, Гармония, наверное, убил бы меня на месте. Но он жив, и мы живы, и нельзя его винить в том, что он отвлекся во время, как мы считали, простой поездки.
Бросив на него сердитый взгляд, Мараси тяжко вздохнула и вышла. Ме-Лаан она не удостоила даже взглядом.
Уэйн поднялся и неспешно подошел к Ваксу, вытащил из кармана коробочку с жевательной резинкой и постучал ею по ладони, чтобы пудра внутри улеглась.
— Эти воры… Уж не подстрелил ли ее кто из них, пока ты отвернулся? — Уэйн кивнул в сторону двери, за которой скрылась Мараси. — А то она какая-то вдруг стала напряженная.
— Просто она за тебя переживала. Я поговорю с ней, когда успокоится.
Ме-Лаан покинула свой пост у двери:
— В нападении было что-то странное?
— Многое, — ответил Вакс, вставая и потягиваясь.
Ржавь! Неужели он и впрямь становится слишком старым для всего этого, как любила шутить Лесси? После драки он обычно чувствовал прилив сил.
«Это из-за смертей…»
Погиб пассажир, пожилой мужчина, и половина охранников ценного груза. Не говоря о множестве раненых.
— Один бандит что-то такое сделал, что лишил меня алломантии, — сказал Вакс, обращаясь к Ме-Лаан.
— Пиявка?
Вакс покачал головой:
— Он ко мне не прикасался.
Пиявки, которые жгли хром, могли устранять металлические резервы других алломантов, но это требовало физического прикосновения.
— Но ощущения схожи: вот сталь была при мне — а миг спустя исчезла. Но, Ме-Лаан, в этом замешано какое-то устройство. Металлический кубик.
— Погоди… — В дверном проеме, озаренная жестким электрическим светом, появилась Мараси. — Кубик?
Все трое повернулись, и она покраснела:
— Что такое?
— Ты удалилась, — со значением сообщил Уэйн, — оскандаленная.
— А теперь вернулась. — Мараси быстрым шагом подошла к Ваксу и начала шарить у себя кармане. — С той же легкостью я могу и здесь быть осканда… скандализированной. — Она вытащила металлический кубик.
— Откуда он у тебя? — Вакс взял его и покрутил, рассматривая со всех сторон.
Да, именно такой он видел перед тем, как лишился сил.
— Тот тип с тростью обронил, — ответила Мараси. — Он сделал такое движение, словно собирался наставить на меня пистолет, но в руке у него оказалась эта штука.
