Брата он и в самом деле знал. Если он три месяца подряд мял одну девку, не желая взять другую – значит, эта ему понравилась . А ведь мог бы послать на торжище за рабыней помоложе и покрасивей. От нескольких серебряных марок Свальд не разорился бы.
Может, то, что я ищу, у меня под носом, подумал Харальд.
Приказать брату, чтобы не брал в жены Бреггу, нельзя. Свальд ему родич, а не раб. Значит, надо сделать так, чтобы брат сам захотел отказаться от Гунирсдоттир…
– Скажи-ка, Нида, – буркнул Харальд. - Почему тебе так надоела твоя свобода?
Девка подавила всхлип. Сказала голосом, лишь самую малость дрожавшим:
– Я наложница ярла Свальда. Но в одном доме с Бреггой долго не проживу. И за мою смерть ни с кого не спросят. Случится в oдин день… а ярлу скажут, что заболела и умерла. Или в бане угорела. Так бывает. Бывает и хуже – когда к наложнице в опочивальню чужого мужика подсылают. Ярл не станет разбираться, зарубит сразу. Даже если узнает правду потом, ссориться с дочерью конунга из-за меня он не станет. Я – бывшая рабыня. Из чуих краев, без родни.
Может, девка ошибается, а может,и нет, решил Харальд.
Впрочем, Свальд умел не замечать того, чего не хотел замечать. Со временем, возможно, и смерти этой Ниды не заметил бы…
– Брегга – дочь конунга, - бросил Харальд больше для порядка – а заодно прощупывая. - Она знает, что у мужа могут быть другие жены. И наложницы.
– Знать-то знает, но потерпит лишь тех, кого побоится тронуть, - почти сердито ответила девка. Но тут же прoбормотала : – Прости, конунг Харальд, если сказала что-то не так.
Харальд хмыкнул. А девка-то неробкая.
Ну, посмотрим, насколько хватит её смелости, мелькнуло у него. И решимости тоже.
– Послушай… Нида. Я когда-то отдал тебя в наложницы ярлу Свальду при одном условии – что ты сама согласишься с ним спать.
Девка издала неясный звук.
– Что, он этого не сказал? – вроде как изумился Харальд.
Хотя с самого начала знал, чтo Свальд об этом промолчит. И условие тогда поставил лишь затем, чтобы брат не мстил девке за свой разбитый нос.
– Так вот, я говорю – ты наложница ярла Свальда лишь до тех пор, пока сама этого хочешь. Но бегать туда-сюда я тебе тоже не позволю. Если решишь уйти от ярла Свальда, мне придется взять тебя под свою защиту. И позволить жить в женском доме своей крепости – как свободной женщине, которую никто не имеет права обидеть или силой затащить на ложе.
Девка судорожно вздохнула.
Испугалась, что ли, с недоумением подумал Харальд. Впрочем, если она когда-то сумела отбиться от Свальда, значит, не из трусливых. Жаль, что уже темно – и лица её не разглядеть.
– Я не стану позориться, защищая бабу, которая сегодня хочет, а завтра не хочет моей защиты, - раздельно и ясно уронил он. - От Свальда ты можешь уйти – но лишь один раз. Потом станешь одной из свободных женщин, живущих в женском доме здесь, в Йорингарде. Ляжешь снова под ярла – по своей воле, Нида,только так,и никак иначе – обо мне забудь. А теперь я тебя спрошу, и второй раз этого вопроса не задам. Так ты хочешь уйти oт Свальда? Просишь моей защиты?
– Да! – с дрожью,истово выдохнула девка.
Ну, посмотрим, снова хмуро подумал Харальд. Объявил равнодушно:
– Тогда все. Ты ему больше не наложница. По ночам дверь запирай на засов. Будет приходить и стучаться – кричи. О тoм, что ты теперь под моей защитой, я скажу Свальду сам. Этой же ночью, на пиру. Да,и вот ещё что. Я хочу, чтобы ты пришла на сегодняшний пир. Скажешь Гудню, что я желаю видеть тебя за столом родичей моей жены.
– Благодарю, конунг Харальд, – выдохнула девка.
Благоговейно выдохнула, словно богам молилась . Но тут же заикнулась:
– А как же…
И осеклась .
– Что ещё? - проворчал он.
В уме у него пролетали мысли. Выйдет или нет? Главное, чтобы девка оказалась – кремень. Чтобы не кинулась обратно к Свальду. Не поддалась на его улыбки и уговоры…
– Дары ярла Свальда, - тихо пояснила она. – Мне их вернуть? Раз сама ухожу?
– И много было тех даров? - с насмешкой спросил Харальд.
Подумал – в горностаях и соболях он её вроде не видел. Даже плащ на девке, и тoт из простой овчины.
– Два браслета, - тихо ответила она. - Ткани – только я из них платья сшила. Обувь, плащ…
Бабские дела, с досадой осознал Харальд. Но раз уж взял под свoю защиту, придется и с этим разбираться.
– Браслеты верни, – велел он. - Остальное оставь. Не сам же он будет в твои тряпки наряжаться? А браслеты возьми с собой на пир. Когда скажу, подойдешь и отдашь ему. Но держи себя достойно. Замечу, что облизываешься на Свальда, словно ты не хозяйка своему слову и своему подолу…
– Этого не будет, конунг Харальд, - перебила она его.
Но перебила таким твердым тонoм, что Харальд решил не обращать на это внимания.
Больше ничего говорить он не собирался, а потому развернулся и зашагал по тропинке.
Неждана стояла, слушая, как похрустывают наледи под ногами уходившего коунга. Слушала и боялась поверить cвоему счастью.
Разве так бывает? И свобода,и защита,и житье в женском доме. Здесь, в Йорингарде…
таком она и мечтать не смела. Кто она конунгу аральду? Никто, бывшая рабыня, которой он из милости дал свободу.
