Литературные сценарии, написанные знаменитым кинорежиссером, для своих фильмов. «Счастливые дни», «Замок», «Про уродов и людей», «Брат», «Брат-2», «Американец», «Война» и другие.
Утро заглянуло в небольшую, бедно обставленную, но довольно чистую комнатку и заметило второпях брошенные на пол вещи, портрет Делона над кроватью, пустую бутылку из-под портвейна 0,7 и два грязных стакана.
Она уже не спала. Осторожно дотронувшись до повернутой к ней спины, она тихо позвала:
— Игорь!
— Чего тебе? — не открывая глаз, пробубнил он.
— Уже десять.
Скованным движением он откинул одеяло и сел, опустив в ладони опухшее лицо. Посидев так несколько секунд, он встал и начал быстро одеваться.
— Ты сейчас куда? — спросила она робко.
— Есть дела.
— Вечером встретимся?
— Угу, — сказал он, беря сумку. И уже из прихожей, как будто вспомнив что-то, бросил: — Привет.
Хлопнула дверь. Она улыбнулась и, сладко потянувшись, включила магнитофон.
Ярко одетая девушка пересекла улицу и вошла в будку телефона-автомата. Улыбаясь чему-то своему, она набрала номер и спросила: «Алло, мама? Это я. — Выражение ее лица изменилось. — У меня все хорошо. — Пауза. — Ну, мама, почему я должна была зайти? Для чего мне кооператив купили? Чтоб так стоял? — Пауза. — Из училища звоню, у нас перемена. — Пауза. — Все, все нормально, — с нетерпением сказала она, постукивая ладонью по стеклу. — Нет, мама, сегодня не могу. Я на день рождения иду. — Пауза. — Ладно, мама, — она говорила уже с явным раздражением, — я побежала. Звонок уже. До свидания. Папе привет. — Пауза. — Все, мама, все». — Она с размаху повесила трубку, едва не оборвав рычаг, выдохнула и вышла из будки.
— Здорово, батя, — сказал Игорь, входя в маленькую избу на краю деревни.
Сухонький пожилой мужчина небольшого роста, к которому были обращены эти слова, сидел на табурете, положив локти на колени, и чистил картошку.
— Здорово, — сказал он, быстро взглянув на сына. — Давненько не виделись.
— Как дела? — Игорь бросил сумку и подошел к столу посреди комнаты.
— Как видишь. Чего я просил, привез?
— Ты знаешь, батя, нету нигде. — Игорь сел.
— Ага, — кивнул отец, нисколько не удивившись ответу. — Ладно, не ищи. Колька соседский ездил позавчера, привез.
— Батя, я по делу. Дай сто рублей, — как-то неестественно застенчиво попросил Игорь и взял пряник.
— Где же им взяться-то? — спокойно проговорил отец, тонко срезая кожуру. — А ты все не работаешь?
— Работаю, работаю, — нетерпеливо промямлил Игорь с набитым ртом. — Я в институт готовлюсь.
— Ну-ну.
— Бать, ну дай. Я же знаю, у тебя есть. Мне очень надо. — И теперь стало видно, что ему действительно надо.
— А образование нынче бесплатное, — казалось бы, равнодушно, но все же ехидно сказал отец.
— Так выходит, я зря ехал? — зло спросил Игорь.
— Выходит, зря.
— Ладно. — Игорь встал, схватил сумку и выбежал, хлопнув дверью. В соседней комнате он открыл шифоньер, извлек из глубины его совершенно новые джинсы и, быстро сунув их в сумку, вышел, не попрощавшись с отцом.
Люба присела на край скамейки и смотрела на двери училища. Входили и выходили люди. Вдруг она вскочила и закричала:
— Таня!
— Привет, — протяжно спела подошедшая к ней девушка, — ты че не на уроках?
— Неохота.
— А-а-а. Ну, как ты вчера-то? Как Игорь?
— Нормально.
— А я же вчера с Вовкой ушла. Он напился, мужику какому-то по башке накатил. А как мы в общагу проходили…
— Тань, — перебила Люба, — ты не знаешь, у кого можно взять стольник на неделю, а?
— Да ну, ты че… Так, представляешь, Вовка по балкону полез и со второго этажа ка-а-аак…
— А у Вовки нет?
— Откуда! Берешь что?
— Да нет. Ладно, я побежала. Привет.
— Привет, — удивленно спела Таня.
После тренировки все прошли в раздевалку. Здесь Игорь открыл сумку и достал джинсы.
— Штаны нужны? — обратился он ко всем сразу и добавил: — «Ледекс», 46-й.
— Сколько? — спросил здоровый парень.
— Один и пять.
Парень улыбнулся и отвернулся. Игорь бросил джинсы в сумку и резко застегнул молнию.
Люба и Игорь спустились в подвал ресторана и прошли в гардероб. В этот будничный день в баре народу было немного.
— Возьмем что-нибудь? — спросила она.
— Да, возьми, — сказал он, внимательно оглядывая зал. Заметив кого-то, он подошел к столику, за которым сидели молодые люди со скучающими физиономиями, и несколько заискивающе сказал: — Привет, ребята, Шеврукова не было?
Один из парней тупо посмотрел на него и, покачивая головой в такт музыке, лениво бросил:
— В ресторане.
— Пойдем в ресторан, — сказал Игорь, возвращаясь к стойке.
— Зачем? — удивилась Люба и пошла за ним.
Они прошли по длинному коридору подвального помещения и вошли в ресторан. Музыканты расставляли аппаратуру.
— Привет, Слава, — сказал Игорь одному из них. Тот посмотрел на него и ничего не ответил.
Усевшись за свободный столик, Люба повесила сумочку на стул и огляделась.
— Подожди, я сейчас, — сказал Игорь, заметив кого-то.
Он встал и пересек зал.
— Здорово, Витя. Пойдем покурим, — обратился он к коротко постриженному парню в оранжевой майке с номером четыре.
— Ну пойдем, Мэк, — неохотно ответил тот, сказал что-то своим друзьям, лениво встал, и они направились к выходу.
— Сегодня у нас в гостях рок-группа «Наутилус Помпилиус», — объявил человек, очень похожий на официанта. Молодежь захлопала.