Жизнь 15-летнего Реймона резко меняется, когда он узнает, что его настоящим отцом является могущественный Солнечный Лорд, матерью – та, которую все называют «Лунной ведьмой», а братом-близнецом – безобразное гигантское чудовище.
Все началось со стука в ворота, – рассказывал Дорф своему сыну. – Я очень хорошо помню этот вечер за несколько месяцев до твоего рождения. Я как раз запер ворота, когда раздался стук, такой сильный, что и мертвый поднялся бы.
Реймон, которого никогда не утомляли рассказы старика, наклонился вперед, глаза его горели.
– А что потом? – нетерпеливо спросил он.
– Я предложил посетителю подождать до утра, – ответил Дорф. – Но стук продолжался, еще более громкий. В конце концов, я поднялся по лестнице, посмотреть, кто там. Но это не помогло: ты ведь знаешь, на закате солнце светит так ярко, что на башне ничего не видно. Я заметил только сгорбленную фигуру женщины в рваной одежде. Сначала я подумал, что она одна из тех, кто спускается с гор просить милостыню. Конечно, я не собирался открывать ей ворота, я пытался убедить ее подождать до восхода солнца, если она…
– А что она сказала? – перебил его Реймон. Лицо мальчика вспыхивало в отблесках свечи.
Дорф, как всегда, не обратил внимания на нетерпеливого сына-подростка.
– Ты не хуже меня знаешь, что случилось потом, – ответил он, – ты ведь слышал это миллион раз.
– Расскажи мне снова, – потребовал мальчик. Дорф внимательно посмотрел на сына, его взгляд выражал одновременно любовь и неодобрение.
– Если тебе так нравится слушать эту историю, – сказал он, – то почему ты не попросишь Пилар рассказать ее?
Как Дорф и предполагал, имя Пилар охладило пыл мальчика. Спустя некоторое время старик продолжил свой рассказ.
– На чем это я остановился? – пробормотал он про себя. – Ах да, я как раз передал ей пакет… А может, я только попытался. Но дело в том, что она была необычным посетителем. Я понял это, когда она отступила назад и попала прямо в змеиное гнездо около стены. Другой отпрыгнул бы, но не она. Она так и стояла там. И эти твари мирно копошились у ее ног.
Дорф ущипнул себя за верхнюю губу, его старческое лицо выглядело рассеянным, как будто он вспомнил что-то важное.
– Она была необычная, – повторил он. – Это очевидно. Она ничего не просила, нет! Вместо этого она упомянула Ночного Лорда и приказала Его именем открыть ворота. Его именем! И она говорила не шепотом, а так, как будто имела на это право.
Реймон, жадно ловивший каждое слово, слегка дрожал и нервно смотрел на тени, скопившиеся в углу комнаты.
– Я не мог решить, что делать, – вздохнул Дорф. – Все изменилось, когда она подняла глаза и я увидел ее лицо в последних лучах заходящего солнца.
Нетерпеливый взгляд мальчика немедленно обратился на него.
– Ты удивлен? – прибавил Дорф быстро. – Но ты-то привык к ее лицу. Имей в виду, никто в селении раньше не видел жриц из городов-близнецов. Ее татуировка, покрывавшая лоб и нос, шокировала меня. К тому же она была много моложе в те дни, на гладкой коже ее лица татуировка особенно выделялась – жезл, обвитый змеями.
Он задумчиво покачал головой.
– Этого оказалось достаточно, – признался он. – Не впустить ее значило бы отвергнуть самого Солнечного Лорда. Мгновенно я спустился вниз по лестнице и отпер ворота. Хорошо, что я сделал это: я заметил, как она испугана и утомлена. Входя в ворота, она обернулась и поглядела назад, на высохшую долину, в глазах ее плескался настоящий страх.
– Страх? – Реймон придвинулся ближе к старику. – Но чего же она боялась?
– Я ничего не увидел. Но ее напугал не только надвигающийся сумрак, и вот почему. Когда я предложил ей глоток воды, собранной поутру около болота, она снова вспомнила Ночного Лорда.
– Он будет признателен тебе, – сказала она. – Скажи, какой благодарности ты хочешь?
На этот раз Реймон промолчал. Дорф, вспоминая события той ночи, угрюмо смотрел на пламя свечи. В ее свете он видел себя, каким он был много лет назад, когда стоял над своей спящей нежданной гостьей. Еще раз он задумался о тайне ее появления… Почему она, жрица из городов-близнецов, пришла одна в его селение? Что заставило ее покинуть Солнечного Лорда и брести через горы и мертвые равнины?
– Так или иначе, теперь ты все знаешь. Именно так Пилар появилась в нашей деревне.
Реймон, чей интерес был удовлетворен только наполовину, прижался к земляной стене.
– Но ты рассказал мне только начало, – сказал он жалобно. – А дальше что было?
Дорф почесал щетинистый подбородок.
– Ты же знаешь. Мы построили ей дом, и она стала помогать роженицам.
– Да, но что же было дальше?
– Ты имеешь в виду ее прогулки на болото? Реймон взволнованно кивнул:
– Расскажи мне снова! Старик пожал плечами:
– Она не обращала внимания на многовековые запреты и ходила туда регулярно. Не только к пруду, но и дальше, на болото. Туда, где поднимается туман, и стоят скрюченные деревья… Где только…
– Она видела его? – прервал его Реймон с волнением и страхом. – Он ждал ее?
– Кто же знает? – Дорф уклонился от прямого ответа. – Она говорила, что ходит туда, чтобы собрать кое-какие корни и травы для своих снадобий. Может, это и правда. Никто же не отрицает, что она искусная целительница, но…
– Что но? – подсказал Реймон.