Глаза младшего сверкают лютой злобой. Если бы он мог, то уже бы кинулся на меня, и возможно даже по морде дал. Но он прекрасно знает, что ничего у него не выйдет. Я сильнее, и этого хватает, чтобы он оставался на своём месте, и всё, что может, это сверлить меня своим взглядом. На который мне абсолютно полеветь.
- Если я узнаю, что ты всё-таки приложил руку к её исчезновению…
- То, что братец? – перебиваю близнеца, - неужели сможешь навредить старшему брату? – вскидываю одну бровь вверх.
Глаза брата почернели, ещё чуть-чуть и он кинется на меня, рискнув своими рёбрами и вывихом челюсти. Только после таких «милых» увечий я готов буду отпустить этого придурка.
Чёрт! Да я специально его провоцирую! Специально вывожу из себя, чтобы наконец дать по его морде.
- Ну так что? Навредишь мне братец? Силёнок хватит?
Последние слова, что выстрел для старта. Савелий с диким рычанием бросается в мою сторону, и расстояние в два метра он преодолевает в один прыжок. В последний момент успеваю оттолкнуться ногами об пол и отъехать на кресле назад, а следом вскочив на ноги, первым нанести удар по морде брата.
Кажется, один пункт я выполнил. Савелий хватается за свою челюсть обеими руками, и скулит, что побитая собака.
- Ты же знал, что так будет! – хватаю его за шиворот пальто, - знал! И всё равно кинулся! – дёргаю вверх.
В ответ доносится невнятное мычание.
Всё-таки челюсть я ему подправил.
- Не дёргайся идиот, - рычу на братца, ногой подтягиваю своё кресло, усаживаю младшего.
Чёрт! По морде дал, но легче хрен стало. Протянул руку к селектору, нажал кнопку соединения.
- Кристина, вызови Романа ко мне, - даю распоряжение помощнице.
- Хорошо Антон Михайлович, - доносится в ответ.
- Ммм, - стонет Савелий, опустив голову вниз.
Покачав головой, подхожу к мини холодильнику, открыв дверцу, беру маленькую бутылку холодной воды. Возвращаюсь обратно к столу, впихиваю бутылку в руку брата.
- Держи! – говорю с нажимом в голосе, когда это идиот отдёргивает руку.
- Шеф, вызывал? – в открытую дверь входит вызванный роман.
- Вызывал, - киваю головой, - отвези вот этого в травму, проследи, чтобы сделали всё аккуратно, - отхожу от Савелия.
Водитель, увидев моего близнеца присвистывает.
- Это вы его так, шеф? – суёт свой любопытный нос.
- Рома, - смотрю на водителя предупреждающе.
- Молчу шеф, молчу, - поднимает руки вверх.
- Забирай его, и передай Николаю, чтобы вот этого, - указываю на Савелия, - больше не была в стенах офиса, иначе вы у меня в дворников превратитесь.
- Понял, передам.
Роман проходит до кресла, и не церемонясь, выдёргивает того за шкирку. Савелий совсем не сопротивляется, видимо выбитая челюсть болит прилично.
- Рома, проследи, - напоминаю водителю.
- Всё будет в лучшем виде шеф, - ведя Савелия на выход, обещает парень.
Ещё пару секунд, и я остаюсь один.
- Идиот, - бросаю в пустоту кабинета, и подойдя к столу, опираюсь о его поверхность ладонями, опускаю голову вниз.
Белый, квадратный предмет на полу чёрного цвета сильно бросается в глаза. Секунда, и я понимаю, что это такое. Братец обронил дамскую сумочку.
Глава 6
КАМИЛЛА
- Ну куда так много? Я же не съем всё, Тём! – недовольно лепечет соседка по палате, выговаривая мужу за два пакета продуктов, что пару минут назад принесла ей медсестра, - хорошо, угощу, но вряд ли здесь кто-то настолько голодный и обделённый внимание своих мужей. Здесь всем приносят передачки…, - продолжает девушка, - хотя не всем, - произносит совсем тихо, а я понимаю, что речь идёт обо мне.
Нас пятеро в палате, и к четверым из нас, каждый день приходят родственники. Когда, кто-то из девочек уходит из палаты на встречу к посетителям, и возвращаются не с пустыми руками, их взгляды устремляются на мою кровать, а точнее на меня. И каждый раз я читаю в них сочувствие.
Поэтому сейчас я лежу закрытыми глазами и притворяюсь спящей.
А всё это из-за очень болтливой медсестры, чей язык хуже помела. Растрепала всем, что я якобы жена очень богатого мужчины, который не соизволил оплатить мне платную палату. Да бог с ней с палатой! Он же меня ни разу за пять дней не навестил, и не одной передачки не передал! Не любит! И сто процентов изменяет!
Меня тихо «жалеют» в каждом уголку отделения.
- Да не лезу я к ней! – возмущённо шепчет Лариса, - мне её просто по-женски жалко! Она не уродина, на вертихвостку не похожа, - не заботясь о том, что я могу всё это слышать, делиться своими заключениями с мужем, - в общем козёл у неё муженёк, говорят он даже документы ей не оставил, ты представляешь!
Больше не могу слушать, напоминание об отсутствии у меня документов становится последней каплей. Скидываю с себя тонкое одеяло, неуклюже поднимаюсь с постели, с большим трудом наклонившись, достаю сапоги из-под койки, наспех обуваюсь и как можно быстрее покидаю палату.
- Лариска! – разносится шипение за спиной, - язык свой прикуси, - грозно произносит Тамара, самая старшая из нас.
- Я правду сказала! – возмущается Лариса.
- Какую правду? – звучит другой голос.
Что ответила Лариса, я уже не слышу, дверь за спиной закрылась, отгораживая меня от спора в палате.
