«Думаю, ты забыл назвать принцип: никаких привязанностей и семьи. Благодаря тебе и тому, что ты натворил на моём дне рождения, я остался один»,– парень сжал кулаки.
«Не так всё плохо, как могло бы быть! Помнишь, я говорил, чтоб ты был осторожней в своих желаниях»,– голос Якова приобрёл назидательный тон.
«Да! Но я этого не желал»,– хотя он знал, что Брат Яков докажет причинно-следственную связь.
«Нет, напрямую не желал, но косвенно. Ты же хотел, чтоб хоть кто-то заставил твоих гостей замолчать, не появись я вовремя, и не вызови огонь на себя, ты лишился бы в один момент и отца и матери. Она бы его убила, ведь женщина в состоянии аффекта очень опасна. А так все живы, здоровы»,– последние слова звучали, как издёвка.
«Ещё скажи, что счастливы»,– Славик потерял самообладание.
«Они уже давно несчастны, и тут я бессилен помочь. Твоя мать живёт с отцом от безысходности. У твоего отца давно вторая семья. Незавидное положение»,– мужчина хотел ещё что-то сказать.
Славик его грубо перебил: «Ты сейчас несёшь такой бред!»
«Ксю ему вовсе не племянница, а дочь. Не веришь мне, спроси у отца! Твоя мать, как и ты, долгое время ничего об этом не знала. Но свекровь оказала медвежью услугу и рассказала всю правду. Она позвонила твоей матери перед праздником. Кто знает, чем она руководствовалась. Возможно, решила, что ты уже взрослый, и можешь расти без отца, а Ксю…Возможно так она решила поторопить сына – мямлю с выбором. Чего из этого секрет делать, твоя мать ей никогда не нравилась»,– Яков передёрнул плечами.
«Неужели мать поверила бабушке?»– рассказ Якова парень оценил бы на троечку.
«Сначала она не поверила, но потом долго вглядывалась в черты лица племянницы, и пришла к выводу, что это правда. К тому же ты и сам, думаю, заметил странности в поведении отца. За вечер он ни разу не защитил твою мать, зато, весь вечер защищал Ксю, когда та, по своей наивности вызывала на себя гнев старухи!»– Яков старался заставить Славика думать.
«Точно! А я и не заметил,– Славик тяжело вздохнул,– может, поэтому монахи и дают обет безбрачия».
«Мы не монахи, пусть мой наряд не вводит тебя в заблуждение. Наша ложа намного древнее любой религии. Поймай инквизиция нашего брата, и дни нашей организации были бы сочтены, именно поэтому мы научились маскироваться и прятаться»,– мужчина постарался хоть вкратце ввести парня в курс дел.
«Ну, по тому, что я уже видел, с маскировкой у вас явные проблемы. Монах в средневековом одеянии, парень, который будто вылез только из помойки, почтенный господин. Ты оглянись вокруг, в этой дыре так не одеваются»,– парню стало, даже слегка, жаль собеседника.
«Время нынче такое, что каждый может одеваться, во что хочет. К тому же эти вещи дороги мне как память»,– Якову стало немного не по себе.
«Дай-ка я угадаю, те джинсы у тебя наверно со времён железного занавеса, когда даже за такую мелочь можно было угодить за решётку, а люди поголовно задувая свечи, мечтали о них»,– парень пытался показать, насколько нелепо привязываться к вещам.
«Ну что за глупая гипотеза?– мужчина решил перевести тему,– вообще, мы тут будем мой внешний вид обсуждать, или, наконец, поговорим о деле? Кстати, казино, это тоже маскировка, только владелец бизнеса может позволить себе путешествовать по всему миру, не вызывая лишних вопросов».
«Я буду выполнять поручения в разных уголках мира?»– парень давно мечтал побывать в Америке.
«Когда-нибудь, возможно, если успешно пройдёшь вступительные испытания»,– не особо обнадёжил его Яков.
«И сколько по времени займут эти испытания?»– Славику стало интересно.
«У всех по-разному. Одним хватает пары месяцев, другие же умирают от старости, так и не достигнув своей цели»,– мужчина решил не хитрить.
«Это обнадёживает. Где я буду проходить стажировку? В Москве? В Питере? А может это будет другая страна? Англия? Франция? Америка!»– парень форсировал события.
«Пока ты останешься здесь. Помнишь пословицу «Где родился, там и пригодился?»– мужчина улыбнулся, он много раз видел таких же, как Славик, рвущихся в бой, и сдувающихся на первом испытании.
«Я думаю, я буду полезней на передовой. Я ж так понял, мы боремся с желаниями, которые лишают жизни человека, или кого-то ещё?»– парень гнул свою линию.
«И да, и нет. Мы возвращаем жизни людей к предначертанному сценарию»,– уточнил Яков.
«Ну, тогда мне здесь и подавно делать нечего. В нашей дыре одни алкоголики, и из этой паутины они вряд ли когда-нибудь выберутся»,– парень скривился.
«В тебе сейчас говорит юношеский максимализм. Ты должен полюбить людей вокруг. Это, кстати твой повар Андрей,– машина въехала на дорогу из жёлтого кирпича. На входе в ресторан стоял мужчина средних лет,– с ним твой бизнес в полной безопасности. Его опыта хватит не на один, на целую сеть ресторанов».
«А если я не справлюсь?»– заволновался Славик.
